Книга Бесспорно, твое сердце будет моим, страница 34 – Яна Ланская

мечтах.

— Ты пробовала крамбл кукис?

Господи! Он, как те челики невнятные из мемов, спрашивает меня про печеньки, в то время как

я думаю о жестком петтинге.

— Божеее! — Воплю про себя на всю улицу. Даже это относительно безобидное слово

однокоренное с Петей! Вселенная издевается! — Да, пробовала. Слишком приторные, не люблю.

Хочется добавить: «Как ты», глядя, какие у него румяные щёчки на морозце, но молчу. В конце

концов у него пушка в бардачке. Это явно добавляет ему нотку пикантности и горечи, как цедра

сицилийского апельсина. Опять смеюсь от чьей то шутки про Вэнса. Этот малыш точно о таком не

догадывается!

— Да, мам! — Стас бьёт слишком агрессивно по своему наушнику и принимает звонок. И в его

голосе сквозит неприкрытое раздражение. Меня это напрягает, как человека, разлучённого с

собственной матерью. — Я с девушкой. Чего тебе? Да мне всё равно! Не знаю вообще. Мне

двадцать, алло! Что ты хочешь сейчас? Ну я и сказал, что мне всё равно, что приготовишь, то

и приготовишь. Всё, давай!

Стас также резко разъединяет звонок, ударяя по наушнику, даже не дослушав. Его ядовитый тон

до сих пор стоит в моих ушах, а выражение лица, будто перед ним летает назойливая муха,

триггерит до глубины души.

Я понимаю, что родители разные бывают. Но от этой мгновенной смены настроения становится

тревожно. Всё его «грин-флажное» сияние в этот момент окончательно тускнеет для меня.

Развернуться и уйти? Пожалуй.

— Стас…

— Вот мы и пришли, — перебивает меня Стас и открывает дверь в бургерную. И я начинаю

сомневаться. Нахожу ему оправдание, что, может, мама у него неадекватная, а на самом деле

просто-напросто у меня не хватает дерзости улизнуть со свидания прямо перед входом. — Прошу!

Пока мы стоим в очереди, скорее залезаю в свой телефон и не глядя пересылаю Петину

фотографию в чат. А заодно спрашиваю, что ему на это ответить, ибо у меня мозги отключаются,

стоит мне опять взглянуть на его кисть.

Чат начинает жужжать, как рой пчёл в овуляцию. У пчёл есть овуляция? Пофиг! Я не успеваю

читать сообщения, даже учитывая мой навык скорочтения.

— ААААААА! ЭТО ЕГО РУКА?! ЭТО ПРОИЗВЕДЕНИЕ ИСКУССТВА! МАШ, ЭТО ТВОЯ СУДЬБА В ВЕНАХ И

МЫШЦАХ!

— Мы не закончили… Он заявляет на тебя права. Это уровень владения

«ты-принадлежишь-мне-даже-если-сама-этого-не-знаешь». Я растеклась!

— А мы и не начинали, Казановский! Надо его уделать!

— Все вы ненормальные. Маш, это редкостный псих. Отвечай холодно и вежливо: «Извини,

была не в себе. Нам не стоит продолжать». И БЕГИ ОТ НЕГО! — Скорее

всего, написала ровесница моей бабушки.

— НЕ СЛУШАЙ ЭТУ ТРУСИХУ! Ты в середине самой горячей главы своей жизни! Ответь с

вызовом, но дай ему понять, что игра идёт на твоих условиях! «Докажи, что есть что

заканчивать. Покажи больше». — Закатываю глаза. Такой бред. Я бы

сама кринжанула от такого ответа.

— А на члене они такие же распухшие? — Читаю и фыркаю. Я

тоже об этом задумывалась. Не раз.

— Девочки, она не может ответить «покажи больше»! Это будет капитуляция! Нужно

сохранить лицо, но подкинуть дров в костёр. Что-то двусмысленное. «Интересно, на что ещё

способны эти руки?» — Морщусь. Сомнительно. Я уже в лифте

узнала, на что они способны.

Я читаю и читаю, голова кипит. Сообщения сливаются в бесконечную какофонию советов. Каждая