Книга Первым делом самолёты, страница 70 – Лада Шведова

— Эй, там Гору бьют! – закричал из толпы кто-то знакомый.

Юлька обернулась и увидела одногруппников, которые преображались на глазах и явно собирались поучаствовать в происходящем. И если за мгновение до этого Юля хотела кинуться к Руслану и умолять его прекратить, то теперь побежала наперерез Дюжеву и Булату, опасаясь настоящего замеса.

В их магаданской школе мальчишки дрались часто, и Ветрова знала наверняка: если не остановить все в зародыше, начнется адреналиновая бойня, где уже не останется правых и виноватых, своих и чужих. Будут только покалеченные. И раз дело происходит не в магаданской школе, где такие драки случались постоянно, то будут и отчисленные. Юля не раз слышала эти истории, после которых курсантов лишали погон.

— Нет! – С разбега она толкнула Игоря в грудь. – Не смейте, понятно?

— Ветрова, при всем уважении…

— Горский меня ударил! По лицу! Если вы сейчас побежите его спасать, значит, поддерживаете… – Пока она это говорила, Дюжев отодвинул ее в сторону и кинулся в гущу событий. С ним все ясно, он отчисления не боялся.

Но хотя бы Булат остановился и спросил:

— Это правда? Гора тебя ударил?

— Да!

— Понял. Эй, Игорек… – Он тоже отодвинул Юльку с пути.

И началось невесть что.

Следом за Игорьком и Булатом прибежали Дэнчик и Леха, а потом из-за угла вывернула компания Руслана. Виток и остальные. Те вообще долго не думали – помчались в гущу драки, словно львы, но отлетели оттуда как орлы, правда, сильно подбитые. А может, из-за размеров было бы уместнее сравнить их с воробьями.

Юля бестолково металась вокруг и не знала, как это остановить. Подойти она боялась, какой из нее боец? В лучшем случае будет прижимать китель к окровавленному носу, как Виток. Прямо на дороге месились уже человек десять, все выглядело страшно и грязно. А остальные снимали на камеру и обхохатывались, словно веселее в жизни ничего не видели.

В итоге все прекратил, кажется, начальник курса спасателей. Мужчина походил на гору, он легко растолкал толпу, отпихнул Руслана от Горского, раскидал остальных и поднял всех на ноги. Начались крики, разбирательства, в центр выволокли и подбитого Витка, у которого из носа лилась кровь каким-то нереалистичным потоком. Казалось, внутри человека просто не может быть столько крови.

Но Юля смотрела только на Руслана. Он выглядел целым… относительно. Больше грязным и мятым, чем избитым, хотя по щеке текла тонкой струйкой кровь – ему рассекли бровь. И он еще не успокоился: дышал часто и поглядывал на Горского так многообещающе, что даже Юле стало страшно за горе-одногруппника.

— Твою ж мать, это че за боевые воробушки? Мелкого в санчасть, и быстро! – рявкнул начальник курса. – Имя и курс узнаю потом. – Он наугад ткнул пальцем в толпу и приказал: – Ты – отведи, проследи, чтоб не помер. Потом придешь ко мне с именем. И платок какой хоть прижмите ему, пока идете!

— К носу?

— Господи боже мой, нет, к заднице! Давайте, ну же, вперед, курсант!

Затем мужчина огляделся и гаркнул:

— А остальные почему не на занятиях, товарищи курсанты? Если через минуту увижу здесь хоть одного праздношатающегося, отправлю к проректору как участника драки. Ну же! Раз-два, раз-два! Разбежались! Быстро! Хотя погодите. Ты, ты и ты – да, вы, с телефонами. Стоять! Развернуться, подойти ко мне. Будете свидетелями, раз так любите все на камеру снимать. Талант пропадать зря не должен.