Книга Генерал, мы в разводе!, страница 38 – Максим Добров

— Надеялась.

Глеб закрыл дверь и встал так, чтобы видеть лестницу и окно.

— Носитель получите после правды.

Алина сжала губы, но пригласила нас в дальнюю комнату. На столе стояли ноутбук, вода и дешевый телефон. В шкафу висела одежда, на подоконнике лежали новые сим-карты, а возле стены стояла дорожная сумка с кремовой коробкой свадебных туфель сверху.

— Ты сняла это место заранее, — сказала я.

— Месяц назад. Через посредника, наличными.

— Значит, Нижний был частью плана с самого начала.

Она кивнула. Большой палец тер светлую полоску на месте кольца, хотя украшения давно не было.

— Почему мое агентство?

Алина посмотрела на меня прямо, словно решила больше не тратить силы на красивую версию.

— Потому что вы умеете выводить женщин из домов, где их контролируют. И потому что были женой Глеба. Я знала, что он будет на свадьбе. Марк говорил, что без старшего брата церемония не начнется.

Лицо Глеба стало неподвижным.

— Вы рассчитывали, что я остановлю охрану.

— Я рассчитывала, что при вас они не посмеют силой вернуть меня от машины.

— И отдали мне флешку, чтобы сделать курьером.

Алина сглотнула. На щеках появились неровные красные пятна, но отрицать она не стала.

— Самым надежным из всех, кого я знала.

— А Веру сделали приманкой и готовым маршрутом.

— Я не ожидала стрельбы! — Она резко подалась вперед, и за сдержанностью впервые проступила паника. — Думала, отец перекроет ворота, Марк устроит скандал, возможно, вызовут полицию. Я не знала, что они готовы убивать.

— Но знала, что за носителем пойдут, — сказал Глеб.

— Знала, что попытаются отнять. Поэтому он был у вас, а код — у меня.

Я ощутила знакомую злость: человек снова решил, какую опасность я имею право знать, потому что иначе могла отказаться.

— Ты поступила со мной точно так же, как они поступали с тобой. Выбрала за меня правду, которую я выдержу, и назвала это необходимостью.

Алина опустила глаза. Пальцы на краю стола сжались, но оправдание так и не прозвучало.

— Да, — сказала она после паузы. — И мне нечем это исправить сейчас.

Не просьба о немедленном прощении, а признание последствий прозвучало впервые честно.

— Сколько денег? — спросила я.

— Около четырехсот миллионов рублей в криптовалюте по текущему курсу.

— Скромная сумма для нового телефона и аренды комнаты.

— Маленькие деньги дали бы мне два месяца, пока отец блокирует счета, находит жилье и рассказывает всем, что у дочери нервный срыв. Большие давали шанс исчезнуть.

— И причину стрелять, — заметил Глеб.

Алина открыла ноутбук. В папке лежали проекты доверенностей, внутренние письма и таблицы. Она много лет работала в финансовом отделе семейной логистической компании и имела законный доступ к нескольким транзитным счетам. Лев оформлял на ее имя фирмы, через которые проходили средства, поэтому перевод не был взломом из кино: Алина использовала собственные ключи и полномочия, вывела деньги несколькими частями, а затем спрятала доступ за двумя факторами — флешкой и кодом, который держала в памяти.

— После регистрации брака на меня переводили доли вместе с кредитами и гарантиями, — объяснила она. Голос стал увереннее, когда речь пошла о цифрах. — Управление передавалось Марку по доверенности. Прибыльные контракты уходили в его новую структуру, а на мне оставались долги и старые компании. Когда началась бы проверка, отец заявил бы, что ничего не знал.