Книга Лжец. Вернуть Любовь, страница 16 – Яна Декс

Мы же с папой направились к калитке. Спросив кто там, мы узнали что снаружи Ильяс. И он явно был очень зол.

— Пап, я сама, — решилась я. — Пожалуйста. Я позову тебя, если что. Но позволь мне самой поговорить.

Я понимала, что не смогу все высказать Ильясу, если папа будет меня слышать. Папа не желал меня отпускать, но все же я настояла и вышла.

— Ну и что это такое? — сразу спросил Ильяс, уводя меня подальше от ворот. — Что ты тут устроила?

— Отпусти меня, — я старалась сохранять спокойствие. — Я не разрешаю тебе меня трогать.

— Ты моя жена. А значит, я буду трогать тебя где захочу, — он придвинул меня к себе максимально близко.

— Скоро я ею не буду. Ты нас предал! — я выкрикнула свою боль. На долго моего спокойствия не хватило. — Променял нас на свою секретаршу!

— Это было ошибкой, — раздраженно выдохнул Ильяс. — Кто не оступается? Не делай глупостей.

— Моей глупостью было то, что я не замечала как ты задерживаешься на работе, — я не смогла сдержать слез. Слишком остро горела сейчас во мне обида. — Как неделями не подходишь ко мне. Я все думала, что ты уставал, но теперь вижу как именно ты уставал.

— Кисуль, не устраивай драм, пожалуйста, — Ильяс устало прикрыл глаза. — Я просто оступился один раз. Забылся. Я был весь на нервах, а Марина случайно подвернулась…

— Замолчи! — я по-детски закрыла уши руками, все еще оставаясь в его объятьях. — Я не хочу тебя слушать!

— Нет, тебе придется меня слушать! — не выдержал он и повысил голос. — Я — твой муж. Ты зависишь от меня. У нас общий ребенок. Сама же потом жалеть будешь.

— Единственное, о чем я буду жалеть, это о том, что позволила тебе так обращаться со мной, — я вся побледнела от своей смелости. — Но больше такого не будет. Я не позволю тебе вытирать об меня ноги. Ты больше никогда не увидишь ни меня, ни своего сына.

— А вот это мы еще увидим, — угрожающе зашипел он, а затем прижал меня к себе еще ближе....

— Не трогай меня, — мой голос дрогнул.

Я всегда понимала, что Ильяс не белый и пушистый. Никогда таким не был и не будет. Видела его и в гневе, и в раздражении, и просто недовольным. Даже недовольство было сложно перенести, а уж что-то эмоционально бОльшее и подавно. И я как человек не привыкший к конфликтам, терялась в таких ситуациях.

Для меня мой папа был извечным примером: благородный, сдержанный, интеллигентный. Он ни разу за всю мою жизнь не повысил на маму голос, ни разу не сказал грубого слова. Ильяс был не таким. Он тоже ни разу меня не оскорбил за все время. Ни разу не прикрикнул. Но я видела каких усилий ему порой это стоило. И все же он всегда сдерживался. А сдержится ли сейчас?

— Буду трогать, — шепнул он мне в шею.

Затем завел за угол дома и с силой прижал к стене.

— Ты — моя, и я тебя никуда не отпускал, — его горячие ладони поднялись вверх от моей талии, а его губы были в опасной близости от моих.

— Нет, — твердо сказала я. — Стоит мне только крикнуть, как папа вызовет полицию. И позовет всех соседей. Никто не позволит тебе применить на мне силу.

Это на мгновенье подействовало и Ильяс гордо отступил. Я же поспешила пойти обратно в дом, но он меня остановил:

— Немедленно вернись! Ты все еще моя жена! — Ильяс угрожающе схватил меня за плечи и снова припечатал спиной к стене.