Книга Лжец. Вернуть Любовь, страница 11 – Яна Декс

Ещё и поездом трястись!

Ну, Дашка! Найду и выдеру! Мяукнуть не успеешь! Моя ты. Никуда от меня не скроешься. И Ромку не дам! Я за вас когтями рвать готов!

Измученная активностью Ромки в поезде, я наконец дожила до момента, когда близилась наша станция. Поэтому, наполненная надеждой, что наконец смогу пройтись и побыть вдали от посторонних глаз, я принялась собирать вещи.

Ромка с удовольствием помогал мне и занимался укладыванием своих игрушек. Что-то напевал себе под нос, и кажется, за все это время ни разу не вспомнил о ситуации с папой. Он предвкушал встречу с бабушкой и думал только об этом.

Наконец еще почти час мягкой тряски в автобусе, и мы приехали к моим родителям. Позвонив в звонок на простой калитке, мы принялись ждать. К калитке тут же бросились две собаки, радостно поскуливая и царапая дверь когтями.

— Ой, кто приехал! — обрадовалась моя мама Наташа. — Дашенькая! Ромочка! Да вы же мои сладкие! Как я соскучилась! А… почему не предупредили? Что-то случилось?

— Мам, — выдохнула я, — давай зайдем сначала.

Обе собаки пачкали нас пыльными лапками и подсовывали свои головы нам в ладони, чтобы мы их погладили.

Ромка забежал во двор и стал играть с обеими. Мы же с мамой сели в плетеные стулья под солнышком.

— Что случилось? — мама накрыла мою руку своей. — Ильяс?

Я печально кивнула.

— Ударил? — мама прикрыла рот от испуга.

— Нет, — тут же заверила я.

— Выгнал?! — снова предположила мама.

— Я сама ушла, — с трудом ответила я.

У меня были близкие отношения с мамой, но сейчас почему-то слова не шли. Мне вдруг стало стыдно во всем признаться.

— Изменил? — наконец догадалась мама.

Я снова молча кивнула.

— Вот так и знала, — мама поднялась с места и принялась беспокойно прохаживаться, пока Ромка визжал от радости при игре с собаками. — Сколько раз я тебе говорила: не ровня ты ему. Вокруг него столько этих хищниц вьется. Конечно! От этих денег зло одно!

Эту фразу я слышала от мамы постоянно: что от денег зло. Она настолько въелась мне на подкорку, что потом, как я ни старалась, но мне очень трудно было заработать. Я нагружала себя учебными часами до двенадцати в день. Работала без выходных. Обучала учеников в элитных домах. Но всегда боялась денег. Назначала себе минимальную цену, отказывалась от любых подарков. И когда я поняла, что это переросло уже в настоящую психологическую программу, то решила искоренить ее. Нашла такую прибыльную работу, но… в итоге все равно нарвалась на измену мужа.

Может мама была права? И в мир больших денег и правда лучше не соваться?

— А эти перекачанные только и терлись, наверное, возле Ильяса, — продолжала интеллигентно сердиться мама. — Конечно, такой мужчина! Да любой хотелось сцапать его. А ему что? Лучше бы нормального себе нашла. Пусть среднего достатка, зато семья была бы крепкая. Вон, как у нас. Мы хоть жили всю жизнь скромно, зато чувства до сих пор не утратили.

Мне было еще горче от слов мамы.

Я не могла сказать, что разлюбила Ильяса. Даже сейчас. Мне было обидно. Очень больно. Я ни на секунду не думала о том, что можно простить измену. В моем понимании мира это означало конец. Полный. Перед моими глазами всю жизнь была крепкая семья моих родителей. На фоне такого я чувствовала себя оплеванной и растоптанной.