Книга Тринадцатая, страница 83 – Клава Юхонька

— Вседозволенность? — Его глаза горели, искорки пламени метались, от чего душа в пятки уходила.

Я даже возразить не успела, да и не хотела, все чего жаждало мое тело — это его рук на мне, во мне. Ему можно все.

Вода вокруг нас вскипела, под нами испарялся Тихий океан. Не узнаю себя, разве это возможно? Я ненавижу его всем сердцем, каждой клеточкой, но в этот миг, желаю жадно, не могу остановиться. И хочется не любви, нет, а лишь животной, поглощающей нас обеих страсти.

Сжав челюсть одной рукой, он приоткрыл мой рот, и отстранился, разглядывает лицо. Ухмыляется, словно заполучил то, что так долго не мог. Еще и сама пришла.

— Только моя, — его губы припали к моей нижней, потянул ее. Легкая боль разливалась судорогой, но приятно.

Мне мало этого, я хочу больше, жестче. Миша словно слышит мои мысли. Считывает все в мгновение, и кричать не надо.

Мерцнув на берег, мы неудачно врезаемся в песок, он собирает спиной камешки, что хаотично разбросаны по суше, они царапают спину. Кровь. Я ощущаю это, словно сама оказалась под ним. Но тут же отвлекаюсь на новую эмоцию, напрочь забывая о такой мелочи.

Срываюсь, снимаю с него рваную рубашку, касаюсь плеч, груди, она пылает. Мышцы подрагивают от каждого движения моей руки. Меня это забавляет, заставляет хихикнуть, от чего он еще больше загораться.

— Мне нравится как ты смеешься, — он говорил такие вещи, что я притормаживала, чтобы убедиться действительно ли это он.

Глаза закатила, ничего не вижу, как только его ладонь, вовсю блуждающая под майкой, остановилась, а два пальца зажали сосок, вызывая волну возбуждения. Движения, жадные, пугающие, властные. Он подчинял меня, а я жертвенно повиновалась, лишь бы он сделал это еще.

Скинув меня на песок, он навис надо мной всем телом. По шее бежала ручеек пота, он потянулся к моим губам, но не достиг цели. Лишил меня сладенького. Хотя… Молния моих джинс поползла вниз, ткань некогда прикрывающая мои черные кружевные трусики спустилась к коленям, а потом и вовсе отправилась в кругосветку, утопая в океане.

Его жаркие поцелуи обжигали бедра, каждый последующий был выше, стремился в самый центр бушующей страсти. Я так не могу. С губ сорвался истошный стон, казалось его слышали все в радиусе ста километров, да и плевать, пусть слышат.

Мои эмоции множатся, я не испытывала такой спектр одновременно.

Отодвинув кружевной край, он без промедления, входит в меня, не спросив больно ли, нагло как дикарь. Но от этого я лишь еще больше жажду продолжения. Каждый его толчок, разливается в моем теле теплом. Крики становятся громче, сердце заходится от такого накала страстей. Он смотрит, прямо в глаза, придерживает голову, что бы я не отвернулась. Лишь на время закрываю глаза, когда в очередной раз он оказывается так глубоко во мне, что оргазм накрывает. Мне плевать на все, я одержима. Одержима им, нами… Желанием продолжать это, пока не вспыхнет пламя.

Последний толчок, и я чувствую как пульсирующая плоть разливает теплую, обжигающую жидкость внутри меня.

— Говорил же, что демон из тебя получится куда лучше, — скатываясь на песок, шептал он, а я лишь пыталась ВЫРОВНЯТЬ ДЫХАНИЕ, НО КОЛИКИ В ЖИВОТЕ ВСЕ ЕЩЕ ЗАСТАВЛЯЛИ НОГИ ДРОЖАТЬ, А ЛЕГКИЕ СЖИМАТЬСЯ ЧАЩЕ.

Это какое-то безумие, что я вообще натворила? Но что-то внутри ликовало, и даже требовало продолжения. Голоса в голове сводили с ума, какая-то каша. Так, ладно, пока он молчит надо сваливать отсюда.