Книга Тринадцатая, страница 10 – Клава Юхонька

— Кстати, кот у тебя пренеприятнейший, шипел при каждом нашем шевелении, с таким охранником никакой собаки не надо. Хотя сам рыжий и упитанный, а глаза красные, похоже это наследство от сестры? Такой же неопределившейся.

— А мне он не показался таким страшным, вполне чудесно нежился со мной в кроватке и охранял сон, пока вы двое шарили по дому. Он прибился вчера, я забыла закрыть окно, вот и заскочил, ночами уже прохладно на улице. Или это по округе так быстро разлетелось, что у нас тут приют всем неприкаянным душам.

— Адское окно, не иначе, — его подобные шуточки забавляли.

Стол пустел, запахи уже стали привычными, а разговор перешел в комфортное русло. Общались в основном мы с Марком, Миша лишь иногда вставлял свои 5 копеек, нарушая нашу гармонию в познании друг друга.

После того как мы убрали со стола остатки роскоши, я повела ребят наверх, показывать комнаты. Марк заселился в бывшие владения Кристины, спальня была очень большой, но темной. Помню как она закатила скандал, буквально устроила нам адские пытки своим голосом и бабушке пришлось поменяться с ней местами, лишь бы прекратилось это безобразие.

И даже после ее отъезда, Ба предпочла оставить все как есть. Привыкла к своему уголку.

Я не любила это место, оно было похоже на гостиничный номер, без души что ли. У левой стены стояла кровать, с резным изголовьем. Мама всегда говорила, что дуб сдерживает Сновитян, что сеют кошмары. Я никогда не верила в эту чушь, и в 16 лет сделала все на свой вкус, мне казалось, что такое количество дерева давит на меня. Крис предпочла оставить как есть, ей всегда казалось, что такое мощное ложе это по-царски. Над кроватью висел бархатный балдахин, в тон пледа, изумрудного цвета. Наверняка если все это потрясти, то есть риск умереть от приступа аллергии. Все это казалось вдвойне тяжелее от того, что на противоположной стене расположился встроенный шкаф-купе с зеркалами от потолка до пола.

Неподалеку от окна стояла ширма, из плотной черной ткани и пластика, в готическом стиле, мы ее купили, когда Крис исполнилось 11, мелкой стало казаться, что ночью за ней кто-то наблюдает из зеркала. Мы ставили защитную перегородку, лишь бы утихомирить взбунтовавшуюся принцессу.

Меня это всегда забавляло, я даже подшучивала над Кристиной, а бабушка очень серьезно отнеслась к этому всему, заставила нас читать какие-то колдовские стихи, или молитвы, не знаю к какому жанру отнести. Видимо, чтобы убедить мою впечатлительную младшую сестричку, что ей ничего не угрожает, ведь ни мне ни бабушке не хотелось делить с ней постель.

На кресле лежал ее любимый плед, что вязала мама, я была удивлена, когда увидела его среди забытых вещей, а ведь в детстве без него даже уснуть не могла. От времени кисточки, что украшали края, запутались и стали походить на старый веник, да и зеленый цвет перестал быть таким насыщенным, а кое где были видны подвязки из ниток другого оттенка.

Я хотела его выкинуть, но бабушка настояла оставить, мол вдруг потянет домой непутёвую дочь, а это как объятие мамы, будет греть душу. Ага, и душу, и тело. Продала она объятия мамы за несколько миллионов злотых.

Но не смотря на мрачные краски интерьера, тут было всегда очень ярко, солнце просто заливало эту комнату светом. Лучики пробивались даже через плотные портьеры.