Книга Мужу привет, страница 23 – Мия Куквин

— Ты хочешь сказать, что тебе понравилось? — аккуратно переспрашиваю и Лимов вновь обращает на меня свой прямой взор и спустя три секунды кивает. — Больше, чем следовало бы…

Кивает снова.

Я вздрагиваю и тут же отвожу глаза, осознав, что его откровение тронуло меня в самое сердце. Слышать это все равно что выпить бокал любимого вина в горячей ванне: все тело наполняется истомой и терпким удовольствием. Хочется прикрыть глаза и повторить. И что уж там: я испытала то же самое — мне тоже слишком понравился наш единственный раз.

— Я польщена, — признаюсь глухо. — И если честно, для меня та ночь тоже стала особенной…

Лимов отталкивается от стола и пересекает кухню в пару шагов, останавливаясь напротив меня. Его сильные руки опускаются по обе стороны от моих бедер на столешницу, а плечи ссутуливаются. Он нависает надо мной, а я боюсь поднять глаза, ведь он так близко. Зависаю, глядя на мощную шею, вспоминаю, как целовала его в нее, когда он был глубоко во мне… Сознание начинает плыть.

— Дана… — обращается ко мне, а я будто в тумане поднимаю отяжелевшие веки и набираюсь храбрости посмотреть в его глаза. — Что же ты делаешь со мной?

И мир замирает. Его губы накрывают мои, и все вокруг будто переворачивается. Я словно оказываюсь в шаттле, где царит невесомость. Мое тело становится легким как пылинка и взмывает куда-то. Легкость заполняет всю меня, я становлюсь ее частью, перестаю быть собой. Я больше не девушка из плоти и крови, я россыпь снежинок, тихим зимним вечером кружащая за окном. Я поблескивающие звезды на матовом бархате летнего неба. Я мягкий луч солнца, скользящий по молодой нежной травке. Себе не принадлежу.

Полотенце падает из моих рук, ладони опускаются на широкие плечи Лимова, ползут по ним тонкими змеями, я обхватываю его крепче, выгибаюсь, приникаю к нему как будто только это сейчас вернет меня на землю. Но ошибаюсь.

Я только выше взмываю. Матвей цепляет мои бедра, усаживает меня на стол и вклинивается между. Его движения — вызов. Его импульсы — заявление на меня своих прав. Его прикосновения — клеймо. Меня плавит его тело, и я растекаюсь от происходящего как сумасшедшая. Его жадные руки цапают мою задницу, он притягивает меня к своему паху, вжимается, демонстрируя реакцию на нашу близость. И стон срывается с моих губ, но тут же теряется в нашем поцелуе.

Мои руки жадно шарят по его плечам, его пальцы слепо проникают под мою блузку и касаются голой кожи.

Я прижимаюсь грудью к нему, отвечая на этот сумасбродный поцелуй с таким же пылом, как той ночью. Меня коротит. Я сумасшедшая.

Сжимаю его шею ладонями, руки инстинктивно тянутся к верхней пуговице его рубашки, но я натыкаюсь на галстук. Форменный галстук, точной такой же как носит мой муж. Меня обдает льдом.

Я отстраняюсь, насильно прерывая поцелуй, будто от плоти отрывая заживо.

— Я собиралась сказать тебе, что возвращаюсь домой. Я приехала за вещами, — выпаливаю скомкано и Лимов застывает. Недоуменно заглядывает в глаза, и я вижу, что его веки все еще тяжелые. Он возбужден, так же, как и секунду назад, но начинает медленно трезветь.

— К нему возвращаешься? — хрипло произносит, и от тембра его голоса моя кожа будто током ударенная покрывается мурашками.

— У нас дети. Я нужна им…

Кивает. Нехотя, будто разожми руки и сорвешься с обрыва, отпускает меня и отходит. Я тут же ссаживаюсь со стола и оправляю блузку. Заправляю выбившиеся волосы за уши.