Книга Исповедь дьявола, страница 306 – Софи Баунт

— Чего ты хочешь, Ион? – вздыхает Вальтер с печальной улыбкой. – Вот он я. Перед тобой. Ты привел меня, чтобы убить?

Валентин Линдикрей стоит рядом со своим гуру, – вытянутый, точно струна, и с гордо вздернутым подбородком. Он, как и Вальтер, страха или нервозности не демонстрирует. Наоборот. От него фонит чувством превосходства, а яркий красный пиджак превращает мужчину в факел, и будто бы намекает, что о его владельца можно обжечься.

Я помню громкие речи Линдикрея на собрании Затмения. Все слушали его, раскрыв рты, ловили каждое слово, словно оратор владеет массовым гипнозом. Однако чувствуется, что Валентин лишь тень своего гуру, его отблеск – он берет у Вальтера все краски, мощь и мысли, чтобы вложить в головы членов «Затмения», избавив его лидера от необходимости тратить свое время на подобные представления.

— Признаться, я и не надеялся, что ты все-таки выползешь из укрытия, – с некоторой гордостью замечает главный врач. – Да еще и с Линдикреем… с трусливым Валентином. Ладно ты… ты уже старый, а как у твоей подсоски-то духу хватило? Что-то мне это все не нравится. Вы мне засаду распланировали? Скоро сюда ворвутся твои люди в платьях и золотых масках из секс-шопа? Прицепил на себя какой-нибудь жучок, да? Подлец ты, Вальтер. Но ничего…

Ион свистит Клыку, выглядывающему из-за угла в ожидании, и местный мышиный король вмиг куда-то убегает.

— Держишь меня за идиота, Вальтер? – злорадствует Ион, щелкая пальцами. – Никто тебя не спасет. Пока твои собачата будут рыть носом землю, ты уже сдохнешь.

Я вскрикиваю. Раздаются несколько взрывов. Теперь в ушах звенит по-настоящему, ведь я даже закрыть их не могу из-за связанных за спиной рук.

— Что ты сделал? – орет Линдикрей.

Равнодушие и высокомерие с его лица сметает за секунду, а вот Метревели остается спокоен и дальше.

— Подорвал все выходы, – пожимает плечами Ион. – Вам не выбраться. А как только кто-то из твоих людей явится и попробует сюда пробраться, чтобы спасти ваши важные задницы, – Ион кивает на пистолет в руках Змея, – я вас пристрелю. Живыми вы сегодня не уйдете.

— Вижу, что ты все продумал, Ион, – усмехается Вальтер.

Линдикрей же растерянно оглядывается, и я, наконец, читаю в его лице оттенки страха: он боится куда больше, чем его предводитель, и отчаянно избегает взгляда Иона.

И не зря.

Валентина хватают под руки первым и толкают на пол, – он сопротивляется, но Змей упирается ногой ему в спину и толкает снова, пока Линдикрей не сдается, оставаясь стоять на коленях. Вальтера же сажают на стул рядом со Стеллой. Вместо ноги у него протез, и заметно, что ступать без трости мужчине тяжело.

— О, Валя, Валечка, – напевает Ион, – мне так много рассказывали о тебе и твоих сладких речах о справедливости, после которых ты людям пальцы отрезал.

— Это говорит человек, который людям глаза выкалывал? – метко отбивает его слова Линдикрей.

— Я? – оскорбляется Ион и бьет себя в грудь. – Вот тебе крест! За всю жизнь никого не убил. Сегодня будет мой первый раз, я хранил себя для Метревели, уж извини. Ты достанешься другому человеку. Он давно ждал встречи с тобой.

Дернувшись, Адриан сжимает зубы, а потом кричит:

— Отец, остановись! Ты и так уже погубил уйму народу, что ты творишь?

Ион устало трет переносицу, после чего наотмашь произносит: