Книга Исповедь дьявола, страница 263 – Софи Баунт

— Спасибо, что забрала меня, – взвывает он обреченно. – Я брезгливый. Потом бы полгода у венерологов обследовался.

Мы оба смеемся.

— Но на Виктора я бы не залез, – обиженно добавляет он.

— Это шутка. Ну… почти… учитывая, в каком состоянии ты был.

— Ты красивая девчонка, – усмехается он. – Лео очень повезло, правда. Да и умная на самом деле, просто шебутная.

— В прошлом году ты назвал меня безмозглой курицей, – напоминаю я.

— И красоткой, прошу заметить, – оправдывается он. – Но согласись, поступала ты тогда как идиотка.

— Я и сейчас так поступаю.

И снова мы смеемся, а вот Лео возвращается к нам хмурым.

— Мне нужно ехать к следователю на допрос, пока они не загнали моего клиента в яму, из которой он не выберется. Давай вечером вернемся в резиденцию и поговорим со Стеллой, – предлагает он мне.

— Нельзя тянуть, – протестую я. – Никто не знает, кого убьют следующим. Нужно торопиться! Ты поезжай спасать клиента, а я отправлюсь в офис к Стелле и постараюсь разговорить ее.

— Я с тобой, – говорит Глеб. – Если они используют созданный мной препарат, чтобы сводить с ума провинившихся членов Затмения, я должен прекратить все это.

— Вы уверены? – сомневается Лео. – Может, лучше подождать до вечера? Я вернусь и…

— Лео, мы не дети, – злюсь я. – Времени нет. Я поеду с Глебом, а ты подтягивайся, как освободишься.

— Я не отправлю тебя на растерзание Стелле, – грозно заявляет он.

— Со мной будет Глеб.

Лео переводит взгляд на брата.

— Я не дам ее в обиду, – обещает тот. – Не волнуйся.

* * *

— Она со мной, – поясняет Глеб охраннику в черном костюме. – Мы приехали к моей матери.

— У нее совещание с советом директоров, – предупреждает охранник.

— Ничего, мы подождем, – с нажимом заявляет Глеб, пронзая мужчину сердитым взглядом.

Охранник пожимает плечами и пропускает нас в здание, которое находится в центре города и возвышается над землей на восемь этажей. Интерьер внутри не менее шикарный, чем в резиденции: колонны, дорогая стеклянная мебель, декор – Стелла окружила себя роскошью со всех сторон. Несмотря на то что любой сотрудник мечтает о подобных условиях, я бы работать со Стеллой не хотела. Эта женщина не прощает ошибок не только себе, но и другим, во всем она стремится к совершенству и болезненно реагирует, когда что-то идет не по плану.

Мы поднимаемся на лифте до седьмого этажа. Нас встречает секретарша в шикарном голубом костюме, интересуясь целью визита, чем нервирует Глеба. Видимо, для Стеллы нет исключений: даже сын должен приходить исключительно по записи.

— Подождите, пожалуйста, здесь, – она указывает на диван. – Я предупрежу Стеллу о вашем визите.

Глеб закатывает глаза и опускается на округлый диван. Я делаю то же самое, наблюдая, как секретарша шустро уносится по коридору.

— Интересно, надолго у них собрание? – вслух задумываюсь я. – Не хотелось бы просидеть здесь три часа.

— Ты права, – сурово заявляет Глеб. – Не будем ждать. С меня хватит.

Глеб вскакивает и уходит, но не к лифту, а дальше по коридору, – да так быстро, что я едва успеваю за ним. Мы останавливаемся у стеклянной стены, за которой проходит собрание. Стелла сидит во главе стола в черном массивном кресле, подобно императрице в тронном зале, выслушивающей подданных. За ее спиной красуется портрет ее погибшего мужа Льва Гительсона, а за длинным тяжелым столом сидят мужчины и внимательно слушают каждое слово своей начальницы: до того внимательно, будто после этого будут писать эссе по памяти, и, если ошибутся, она казнит их на гильотине.