Книга Исповедь дьявола, страница 199 – Софи Баунт

Слова Адриана вводят меня в транс на какое-то время. Я смотрю на парня и ощущаю к нему нечто такое, что не могу объяснить, ему, словно дневнику, хочется рассказать все, что скопилось на душе, и я задумываюсь… может, так и нужно сделать? Возможно, он тот, кто способен помочь разобраться с тем дерьмом, что творится у меня в жизни?

Он священник.

И пришло мое время исповедоваться.

Иначе я сойду с ума.

— Ты умеешь хранить секреты?

— Я священник, – с улыбкой кивает Адриан, словно читая мои мысли, и все барьеры между нами падают.

* * *

— Осторожно, это хрупкая вещь! – кричит Венера, шлепая по плечу Дремотного тетрадью.

Он торопливо упаковывает в пленку хрустальную статуэтку ангела – подарок покойной тети Венеры.

— Я тоже хрупкая вещь! Хватит меня избивать, сумасшедшая женщина! Если я захочу БДСМ-игр, то сначала надену кожаный ошейник. Пока его нет, я тоже хрустальный. Хрупкий я очень, ясно?

Она снова шлепает его: в этот раз по каштановому хвосту на затылке.

— Ты и так весь в коже, хренов байкер. Будем считать, что твой прикид означает согласие, – ехидно издевается она.

Адриана их поведение забавляет, а я лишь устало подпираю ладонью щеку.

Страшно представить, сколько шума будет, когда у них родится ребенок: сочетание генов этих двоих должно создать как минимум Джокера или Пеннивайза.

Мы с Адрианом сидим на кухне. Пьем зеленый чай. Я расположилась за столом напротив двери, поэтому могу видеть, как друзья собирают вещи и страстно воюют друг с другом.

Венера начала постепенно перебираться к Дремотному, когда узнала, что я приняла в подарок квартиру Лео. Мне не хотелось рушить надежды подруги. Так что я подтвердила свой переезд и даже упаковала вещи, чтобы Венера спокойно сделала то же самое. У них с Русланом все серьезно, несмотря на вечные бои. Я счастлива за них и не позволю, чтобы чувство вины передо мной не дало Венере сделать этот важный шаг – переехать к возлюбленному.

— Так ты больше не сидишь в том приложении? – уточняет Адриан и делает глоток чая.

Сегодня он в теплом голубом свитере и серых джинсах. Ему идут пастельные тона, и совершенно не идет черный цвет – это весьма иронично, учитывая, что он из черного духовенства. Я думала, что черный подходит абсолютно всем людям на Земле – до знакомства с Адрианом и Глебом, на которых этот цвет точно нежеланная чернильная клякса.

— Мне нравилось общаться с куратором, но что-то с этим приложением не так. Мне не удалось выяснить ничего полезного, однако от ребят в университете я знаю, что есть какой-то особый круг, который приглашают на собрания. Это явно секта.

— Я тебя не понимаю, – моргает Адриан и тихо выговаривает, склоняясь ближе: – Сейчас ты утверждаешь, что «Пеликан» связан с убийствами, а в машине говорила, что это «Затмение» создало вещество, чтобы контролировать людей.

— За «Пеликаном» и «Затмением» стоят одни и те же люди, – твердо заявляю я и поднимаюсь, чтобы закрыть дверь на кухню, после чего продолжаю: – У Глеба формулу украло «Затмение». Значит, те, кто доводит людей до самоубийства – все те же члены этой организации.

Адриан съедает кубик апельсинового рахат-лукума.

Я шлепаю свернутой газетой по таракану на стене. Мы травим тараканов каждые полгода. Сил уже никаких нет. Неубиваемые насекомые!