Книга Исповедь дьявола, страница 128 – Софи Баунт

Наступает самая длинная минута в моей жизни. Слова, сказанные Виктором, вонзаются в грудь, причиняя не меньше боли, чем радости. Мужчина целует меня в лоб. И это неправильно – то, насколько он добр ко мне.

— Виктор, – сокрушенно вздыхаю я.

— Нет, говори то, чего ты хочешь на самом деле, – настаивает он. – Ты хочешь сбежать со мной?

— Да, но…

— Другие слова излишни.

Виктор стискивает мою ледяную ладонь, и я едва ощутимо сжимаю его руку в ответ. Он единственный в своем роде. Тот, кто сумел пробраться в мое сердце. Другого такого Виктора у меня не будет, и забыть я его не смогу. Только не его. Мне хочется рыдать от осознания, что я ни отказать, ни согласиться на его предложение не могу. Я хочу быть счастливой, но это равносильно тому, чтобы подписать ему смертный приговор.

— Могу я… подумать до завтра?

Он кивает, а потом прижимает меня к себе.

Я оказываюсь под ним и обнимаю его за шею, ногой притягиваю к себе в районе бедер, впиваюсь в его губы. Виктор сначала замирает. Похоже, мой напор его поразил, ведь десять минут назад я прибить его хотела за то, что он переспал со мной и сбежал, а сейчас проявляю инициативу. Однако все встало на свои места. Он исчез ради меня. Он жертвует собой ради меня. Он самый лучший мужчина из всех, кого я встречала, и никто другой мне не нужен. Только он.

Виктор выходит из оцепенения и жадно отвечает на поцелуй. Будто стена, которую он создал между нами, разлетелась на миллионы кирпичей. Мои ногти впиваются в его шею и плечо, – и он издает низкий рык, втягивает в рот мою нижнюю губу. Виктор прикусывает ее, а затем снова поглощает мой рот своим в электризующем диком поцелуе. Напряжение трещит между нами, заставляет вцепиться друг в друга, точно голодавших несколько веков вампиров. Внизу живота вспыхивает огонь.

Я чувствую вкус виски на языке. Кажется, Виктор тоже выпил в честь Нового года (а может, и для храбрости), пока ждал меня в спальне, и я обвиваю ноги вокруг его талии, тяну ближе, желая стать единым целым – с мужчиной, который идет на фантастические риски, который не боится сдохнуть ради меня.

Я слишком поражена его поступками, ничего не понимаю, но осознаю, что хочу быть с ним, начать новую жизнь. Возможно, даже вылечиться.

Да, я уже знаю ответ, черт возьми, знаю.

Я уеду с ним.

К черту «Затмение», к черту всех!

Мне нужен лишь Виктор. С ним я чувствую себя счастливой… и в безопасности.

— Ты совсем не боишься смерти? – сбивчивым шепотом выдыхаю я, пока Виктор покрывает мою шею порочными поцелуями, от которых наверняка останутся следы.

— Я боюсь жизни, – хрипло отвечает он, пытаясь коснуться моих губ своими, и рычит, чувствуя, что я ускользаю, – боюсь жизни без тебя. Это были ужасные годы. Не желаю их повторять.

Он сжимает пальцы на моей линии челюсти и с протяжным тихим стоном проникает языком в мой рот. Я позволяю ему поглощать себя, забирать без остатка, а сама запускаю руку под его кофту, веду ладонью по горячей коже спины, по твердым мышцам, оставляю след ногтей, – и Виктор низко стонет от удовольствия, смешанного с болью. Я продолжаю исследовать его тело, пока он не может оторваться от моих губ, которые уже саднят и опухли от жадной страсти мужчины. Мои пальцы скользят по твердым впадинам пресса, очерчивают грани. Когда я касаюсь низа живота и дорожки волос, ныряющей под ремень, голодное рычание следователя закручивается в наших ртах, он вздрагивает.