Книга Мы сегодня не умрем, приходи завтра, страница 157 – Саммер Холланд

— Пожалуйста, не надо, – умоляет он. – Я хочу чувствовать тебя как можно дольше.

И вопреки собственным словам он начинает двигаться быстро и жестко, каждый раз вырывая из моей груди полустон-полукрик. Я царапаю его спину ногтями, давая выход страсти, тому, что прожигает меня изнутри. Феликс не перестает покрывать поцелуями мою шею, плечи, ключицы. Он прихватывает зубами мочку уха, и в ответ на это во мне формируется новая волна удовольствия.

Когда кажется, что сильнее уже невозможно, Феликс с тихим стоном доказывает обратное. Его движения становятся все более резкими, пальцы царапают мою кожу, укусы горят, а я снова теряю связь с реальностью. Как бы он ни просил, не могу удержаться, бедра рвутся ему навстречу, голову покидают все мысли.

Остаются два тела, стремящиеся вновь и вновь соединиться, и клубок из его и моих желаний, который сплетается так плотно, что они становятся общими.

За миг до того, как Феликс замирает, я вновь чувствую слабую пульсацию внутри – этот оргазм не такой яркий, как прежний, но от него все тело расслабляется и даже руки безвольно падают на кровать.

Феликс шумно выдыхает и прижимается своими губами к моим, прежде чем перекатиться на спину рядом. Но он не отстраняется – еще одна неожиданность, к которой я была не готова, – а наоборот, обнимает меня и прижимает к себе.

— Я от тебя схожу с ума, – с улыбкой в голосе говорит он. – И мне это нравится.

— Нет, – спорю я. – Это я схожу с ума.

— Значит, мы оба поехавшие.

Он целует меня в лоб и, опустив руку к моей ноге, закидывает ее на себя. Добавляет:

— И это многое объясняет. Между прочим, я впервые оторвался от любимого фильма ради девушки.

— Прости. Пойдешь досматривать?

Ощутимый шлепок по заднице заставляет меня вскрикнуть, а зубы, прихватившие щеку, не дают рассмеяться.

— Это того стоило, – с улыбкой в голосе отвечает Феликс.

— Мне очень понравилось, – тихо признаюсь я.

Жду в ответ чего-то такого же, но Феликс смеется и находит мои губы для еще одного, теперь нежного и неторопливого, поцелуя.

— Кажется, я пропал, – говорит он. – Ты теперь моя необходимость, и поверь, куда сильнее воздуха.

Коттингли Тауэрс, 17-й этаж

Звонок мобильного разрезает предрассветную тишину, вырывая меня из самого сладкого сна. Я вслепую тянусь за телефоном и одновременно выбираюсь из объятий Лили, надеясь, что это ненадолго.

Она недовольно стонет и перехватывает мою подушку, чтобы обнять ее. Боже, пусть там не будет ничего серьезного: я так хочу вернуться в постель к ней.

Когда отвечаю на звонок от Мака, выходя в гостиную, в динамике слышен усталый голос Роба.

— Фел, я его нашел.

— Мы его знаем?

— Ага. Эрни из «Кирпичей». Он дома… будем брать?

— Уже выхожу, возьму с собой Тристана.

— А… Малик?

Я вздыхаю и убираю вчерашние чашки с кофе в раковину.

— Сейчас позвоню ему.

Но когда Роб вешает трубку, я сначала возвращаюсь в свою комнату, достаю из шкафа чистую футболку, джинсы… И не удерживаюсь от того, чтобы наклониться над кроватью и поцеловать трогательно выступающие позвонки на спине Лили. Сейчас, когда она такая милая и беззащитная, оставлять ее здесь одну совсем не хочется… Но выбора нет.

— Дождись меня, – шепчу я ей на ухо.

Номер Малика набираю на кухне, чтобы не разбудить Лили. Длинные гудки кажутся бесконечными, прежде чем я наконец слышу сонное «Алло».