Книга Кровь зимы, страница 52 – Екатерина Насута

— Я…

— Сгинь.

Короткий приказ сопровождался ударом древка о камень. И Ярило исчез.

— Пойдет жаловаться, — пробормотал Переплут, отряхиваясь.

— Несомненно, — Перун кивнул. — Только… кому?

Он повернулся куда-то туда, где храм продолжался. И в тени его скрывались иные идолы.

— Найдет кому… — Переплут поморщился. — Что ж, нам пора… я получил, чего хотел. Так что не смею больше беспокоить.

— Погоди. Иди сюда, девочка… прости, что напугал. Глянулся тебе мой младший?

Это он про кого?

Про… того волхва?

— Не отвечай. Тот договор не был заключен на бумаге. Не успели. Но клятву мой сын принес. И я напомню о ней, хотя и сам сдержит. Кровь не позволит иначе. Во времена иные сказал бы, что защитит, но ты прав, брате, многое переменилась. И кровь моя уже не станет защитой. Но пускай… глядишь, чего и получится. А пока…

Он наклонил копье и коснулся острия пальцем. А потом провел линию от лба к подбородку. Кровь Перуна жгла, как пламя, но Кая стерпела. Только гончую, которая заворчала недовольно, прижала покрепче.

— Я не властен над многим, но хладное железо тебе не повредит, — произнес он.

— Спасибо, — ответила Кая. — А я… вот… тут еще есть…

В её шкатулке оставались флаконы, но Перун покачал головой.

— Оставь эти игрушки девкам… они любят слезы полить да пострадать, чтоб как люди. Или вон найдут, кого тоской одарить, чтоб любил да мучился им на потеху. А мне… мне ты принеси сердце врага.

— Я… постараюсь.

— Не постарайся. Принеси. Но можешь и голову. Я не привередливый.

Шаг.

И тишина. И в этой тишине быстро-быстро колотится сердце.

— Что ж… получилось даже лучше, чем я надеялся, — Переплут протянул пальцы к гончей, но та оскалилась. — Сестры ладно, но Велес… на него я, признаться, не рассчитывал. Старик давно идет своей дорогой. Договариваться с ним бесполезно. Но он всё одно бог. И теперь посильнее многих. А значит, слово его имеет силу.

— Зачем это всё? — Кая держала гончую, которая уже не казалась такой и маленькой.

— Затем, что правила — это правила. Мало просто признать кровь. Надо сделать так, чтобы и они её приняли.

Он обвел рукой храм.

И белые лица статуй вновь показались живыми.

— Наша кровь дает силу, но не всякий разум и душа способны справиться с даром. Потому и правило существует, что дитя, когда входит оно в возраст обретения дара, должны посмотреть и другие боги. И принять его… подтвердить благословение.

— Подарками?

— Ими в том числе. Чаще дарят простое. Красоту там, удачу… право зажечь любовь в чужом сердце. Сестрица у меня таким балуется…

— А… она разве не дочь Лады? Леля…

— Боги, девочка, это боги… И где-то мы друг другу родня, но родня — дело сложное, запутанное… — Переплут щелкнул по носу. — Главное, что тебя признали.

— И я получу силу?

— Сила у тебя и прежде была. Ты получишь право пользоваться ею, — Переплут вернулся к собственной статуе и сел на пол. — Но важно и другое. Никто из нас не посмеет навредить ребенку другого… своими руками и прямо, осознанно, ибо…

— Таковы правила?

— Именно.

— А не своими?

— Умная ты. Люди, говорю же, обладают свободной волей, а потому, если кто-то вдруг решит навредить тебе, то увы… но с людьми ты справишься. Надеюсь. Иначе…

Он поднял взгляд, и лицо утратило всякое сходство с человеком. Проглянуло в нем нечто настолько иное, что Кая застыла.