Онлайн книга «Кровь зимы»
|
Выдавила она из себя. Голос тонкий и нервный, но люди смотрят. — Я рада вернуться домой… — повторила Кая уже громче. Затихли. Замолчали. Смотрят. Столько глаз… и яркие. Живые. Там, в Трущобах, на неё тоже смотрели. Иногда — с яростью. Или с ненавистью. Или с тоской, с безнадегой, а тут… тут смотрели с надеждой. — Я рада вернуться домой! — она произнесла это уверенней. — Я почти не помню, того, что было раньше… — Этого можно было и не говорить… — И ещё недавно я сомневалась, здесь ли моё место. — И этого, — Велислава Изяславовна улыбалась. — Однако теперь я полностью в этом уверена. Сердце рода снова бьется, а значит… — Кая подняла голову выше. — Значит, род Скопиных будет жить! И люди закричали. Их голоса слились в один, и этот рев ударил по стенам, стряхивая с дома то пыльное оцепенение, в котором тот пребывал в последние годы. И сердце откликнулось… — Но, пожалуй, в конечном итоге получилось даже неплохо, — Велислава Изяславовна держалась рядом. — Люди тебя приняли. И дом принял… Взгляд Каи, скользивший по лицам, зацепился за одно. Женщина. Она стояла чуть в стороне. И смотрела, но не на Каю. Ее лицо было бледным и каким-то словно полустертым. — Можно уходить… — Велислава Изяславовна коснулась локтя. — Нет. Там, женщина… Глаза. Кая поняла, что её смутило. Глаза этой женщины были мертвы. Серые. Пустые и… Кая услышала, как сердце под землей сжалось, выталкивая новую порцию силы. И как загудели корни древа там, под землей. Воздух сделался горячим, всего на долю мгновенья. А женщина шагнула вперед. И этого шага хватило, чтобы оказаться в первом ряду. Она просачивалась между другими людьми, что талая вода, которая пробирается сквозь кладку стены. — Какая женщина? — пальцы Велиславы Изяславовны сдавили руку. — Деточка… — Вот эта, — Кая указала на ту, что стояла уже перед крыльцом, задрав голову. — В белом платье… Белом-белом, как снег. И прямом. И каком-то… или это не платье? Скорее на рубаху похоже. Рядом заворчала гончая. И рокот перерос в басовитое упреждающее рычание. — Здесь нет… Есть. Провалы глаз. И бледные губы. И золотая лента на шее. Лента, которая расплывается дымкой, то превращаясь в золотую змею, то снова становясь лишь лентой. — Вот же она, — Кая вытянула руку, указывая на ту, которую видела. Только она? Почему големы остались неподвижны? Почему никто больше не замечает? Почему… Губы женщины начали расползаться в стороны. Наверное, это была улыбка. Или скорее ее подобие, уродливое, гротескное. Уголки губ растягивались шире и поднимались выше, а челюсть опускалась. При этом тварь сделала шаг. И ещё. И лестница не так уж велика. — Деточка… — нервно начала Велислава Изяславовна Рык гончей заставил тварь отступить. Всего на шажок, но… Кая тоже сделала шаг. Навстречу. — Стой! — резкий окрик Велиславы Изяславовны прозвучал словно со стороны. Кая зацепилась за взгляд этой странной женщины. Точнее пустота в этом взгляде манила, приковывала, не отпускала… Кажется, кто-то схватил её за рукав платья. Кажется, кто-то попытался сдвинуть Каю в сторону, но она не пожелала сдвигаться. И осталась на месте, потому что та золотая энергия внутри Каи дала ей силу остаться на месте. — Выворотница! — визг ударил по ушам. Он, как и недавний крик радости, состоял из многих голосов. И люди кричали не только это слово, но именно его Кая выцепила из общего гомона. |