Книга Наследство с проблемами, или Дракон в моей оранжерее, страница 66 – Алена Шашкова

И сдается мне, что этим местом его не наградили. Что-то в его истории есть гораздо более интересное, чем просто слова «служба в армии». И сейчас мне жутко хочется узнать, что. Но ведь не расскажет сам. Может, все же спросить?

Хруст гравия под ботинками Бенджи режет тишину, и мыльный пузырь напряжения, что образовался вокруг нас с шадхаром лопается. Я перевожу взгляд на конюха, а он показывает пальцем на одну из подпорок — это то немногое, что действительно упало на проход.

— Госпожа Элис. Мне кажется, что тут было подпилено, — говорит парень. — Палки так ровно не ломаются.

Шадхар поворачивается и делает несколько шагов вперед, шурша гравием под тяжелыми сапогами, и приседает у одной из рухнувших несущих опор. Его пальцы скользят по слому дерева.

— Хм, а мальчишка-то прав, — его голос звучит пугающе спокойно. — Посмотрите, неара Торн.

Я подхожу ближе. Пропил не новый, внутри дерево тоже уже начало темнеть от влаги и соленого воздуха. Но кто-то явно постарался, чтобы подпорка сломалась.

Кайан поднимается. Черты его лица заостряются, словно он сдерживает оборот. Хотя, может, так оно и есть, ведь вертикальные зрачки никуда не делись.

— Мне нужно осмотреть тут все, — резко произносит он. — Бенджи, ты остаешься со мной. Неара…

Он переводит на меня взгляд, царапающий, вызывающий трепет за грудиной. Я невольно делаю шаг назад: там, на обрыве, в своей частичной трансформации он так меня не пугал, как сейчас.

— Неара Торн, у вас наверняка есть чем заняться в лаборатории?

Не вопрос, даже не намек — приказ. Спорить с ним сейчас? Да это же чистой воды самоубийство!

— Конечно, господин шадхар. Скучать не буду. Только помните про обед, — говорю я и добавляю тише, зная, что он все равно услышит: — Пожалуйста, будьте… осторожнее.

На миг зрачок шадхара снова округляется. Прежде, чем он успевает что-то сказать, я обхожу его и почти убегаю в лабораторию.

* * *

Стоит за мной захлопнуться двери, как я тут же останавливаюсь. Прислонившись спиной к ней, я закрываю глаза и пытаюсь успокоить мысли.

«Куда⁈» — все еще звенит в ушах, все еще чувствую эти сильные руки. Почти кожей ощущаю беспокойство, прозвучавшее в голосе.

Черт. Нужно перестать думать об этом. Немедленно. Я обхватываю себя руками, пытаясь стереть с кожи чужое тепло, но оно будто въелось. Вместе с запахом.

И я тоже хороша: ' Пожалуйста, будьте… осторожнее'. Вот кто меня за язык тянул? Да еще после той моей выходки на обрыве. Целоваться же сама полезла!

Ну я же не дура и не малолетняя девчонка, чтобы не понимать очевидного. Или глупо отрицать, к чему идут наши перепалки.

Мы оба загоняем себя в ловушку, опасную для обоих. Если вдруг мы позволим себе лишнего и, не приведите местные боги, об этом кому-то станет известно — особенно Краугу — Кайан лишится должности, а я… лишусь не просто шанса на оправдание. Я лишусь его. И защиты, и этого дурацкого, колючего, но такого надежного тепла за стеной.

Держаться подальше от него — хорошо звучит, но на практике… Даже смешно.

Я подбираю разлетевшиеся по кабинету бумаги, даже не пытаясь сортировать их по стопкам. Кладу на стол. Я так и не нашла ничего, что подтверждало бы причастность Крауга к смерти матери Элис. Хоть малейший бы намек.

Например, если бы он проиграл что-то именно накануне. Или с него срочно требовали старый долг…