Книга Наследство с проблемами, или Дракон в моей оранжерее, страница 49 – Алена Шашкова

Мне, конечно, хочется сказать «мне бы такую магию», но я успеваю заметить, как по лицу Кайана пробегает болезненная судорога. Он только делает вид, что это ему все легко дается. На самом деле, похоже, магия причиняет ему боль. Но… почему?

Хотя что я знаю о магии в этом мире? Только то, что прочитала в книгах Элис. Но она сама никогда не видела настоящих арканов, а все, что известно о их магии могло быть досужими домыслами.

Или нет.

— Куда вы передвигали шкаф?

Вопрос резко вырывает меня из мысленных рассуждений, а вид, который предстает передо мной шокирует еще больше: Кайан закатывает рукава рубашки, обнажая сильные предплечья, перевитые тугими канатами мышц.

Он что, решил мне помочь?

* * *

— Элис, вы решили сегодня больше не работать? — в голосе Кайана звучит язвительная усмешка.

Хочется сказать что-то вредное, огрызнуться, но я, кажется, все еще не отошла от всплеска адреналина. И медленно соображаю.

На лице Кайана написан решительный настрой действительно помочь мне. Он собирается сделать это сам. Судя по закатанным рукавам, без магии.

Что это? Угрызения совести, что он отправил Бенджи чистить снег, и из-за этого мне самой пришлось мучиться с тяжелой мебелью? Или просто стало скучно?

— Шкаф нужно ближе к выходу, — я указываю пальцем на расчищенное место у самой арки. — А перегонный куб поставить, наоборот, в угол. Но… вы же Главный шадхар. Вам не положено двигать мебель.

Мне кажется, у Кайана дергается щека при упоминании его должности. Но он снова надевает маску «именно что я шадхар, поэтому что хочу, то и делаю».

— Считайте, что вы просто поразили меня своим умением притягивать неприятности, — отрезает он, подходя к шкафу с другой стороны. — Думаю, еще одно подобное происшествие, и я точно запру вас в комнате.

Сдвигает он шкаф так же легко и быстро, как удерживал. Единственное, что выдает то, что шадхару все же приходится поработать — это то, как напрягаются мышцы под тонкой тканью рубашки. Я даже успеваю восхититься мощью его тренированного тела.

А потом ловлю себя на мысли, что пялюсь на дракона, как будто никогда мужиков не видела. Нет, конечно, таких точно не видела. Но это же не повод подтверждать его убеждения, что я — как это он сказал? — «романтичная особа, в голове которой только дамские романы о любви».

— Так? — спрашивает Кайан, с глухим стуком опуская шкаф на новом месте. Шадхар отряхивает ладони, и на его губах играет тень самодовольной усмешки.

Я киваю, и дракон без лишних вопросов берется за перегонный куб.

Работа спорится. Я тоже возвращаюсь к уборке.

То, что происходит и как это происходит, кажется чем-то странным. И в то же время мне на удивление комфортно. Мы словно не сговариваясь, делим оязанности: я работаю тряпкой, грозный шадхар передвигает и даже меняет воду в ведре. Я разбираю баночки и коробочки, он достает то, до чего у меня не получается дотянуться.

Енот делает вид, что занят больше всех. Он ворчит, чихает, машет своей тряпкой и постоянно что-то скидывает с верха шкафов. Но и этому я рада — туда бы я точно не долезла. Даже с помощью шадхара.

Наконец, наступает момент, когда все рабочие поверхности достаточно чисты, все реактивы составлены в одно место, чтобы я могла потом сделать опись, а вся раковина завалена посудой, которую надо мыть.