Книга Последний рубеж, страница 4 – Инна Ласточка

— Мари! — откуда-то слева крикнул Антон. — Вводи координаты станции «Илларион» с внешнего чипа главы Конфедерации, стартуем по экстренным протоколам…

Нина увидела его размытый силуэт в дверном проёме, попыталась встать, но боль расколола мир надвое и всё погрузилось во тьму, а вместо координат в угасающем разуме почему-то прозвучала голосом Антона уже знакомая, но такая неуместная здесь фраза.

— Мы должны друг другу целую вечность… целую вечность…

«Фиксирую движение глаз, состояние стабильно», — отрапортовал компьютерный голос. Что-то с шорохом скользнуло мимо лица и исчезло, кто-то сел рядом, взял её руку — Нина улыбнулась, вспоминая, как в больнице на «Авроре» после того случая с Еленой Нейтан кто-то так же держал её руку, гладил и сжимал бережно, как великую драгоценность. Сознание стало проясняться, и Нина, наконец, смогла приоткрыть глаза. Линии белого света касались ресниц, делая мир вокруг смазанным, словно воду пролили на акварельный рисунок.

— Ты как? — над ней появилось обеспокоенное лицо Антона, и руку сжали чуть крепче. — Нина?

Нина глубоко вздохнула и произнесла сухими губами.

— Не знаю пока… где мы?

Антон коснулся её лица, убирая волосы за ухо, и помог ей сесть, а потом приобнял за плечи не столько из нежности, сколько ради поддержки. И не зря. Голова сразу закружилась, Нине пришлось упереться руками в коленки и переждать, прежде чем снова взглянуть вокруг ясным взглядом. Мир обрёл чёткость, и сердца коснулось неприятное предчувствие. Они сидели на гладком плавном выступе в кристально-белом помещении, где, кроме таких же выступов и прозрачного высокого стекла в стене, не было ничего — прохладный чистый воздух проникал в лёгкие, пахло лавандой и чем-то свежим, за стеклом маячили два ярких огонька, точно полуночные светлячки, освещая углы совсем маленького замкнутого помещения, находящегося с той стороны.

— Где мы? — повторила Нина и посмотрела на Антона. Он улыбнулся ей и прижал к себе, настойчиво и бережно опуская её голову себе на плечо.

Лавандой пахло от него, и это немного успокоило.

— На «Илларионе»…

Нина опустила взгляд к руками и коснулась чипа, собираясь вызвать панель управления — привычка, выработанная в последнее время, чтобы проверить собственное состояние — но ничего не вышло. Предчувствие вернулось с новой силой, принося с собой и тревогу. Нина выпрямилась и отстранилась от Антона. Чип не отвечал.

— Что с кораблём?

Антон посмотрел на неё, сглотнул и покачал головой, сцепив руки на коленях.

— Я сам ещё не до конца понял, но ситуация проясняется. Я… — он задумался, прикусив внутреннюю сторону щеки, помолчал немного, потом втянул носом воздух и на выдохе произнёс. — Я напал на Октавию, когда мы выходили из прыжка. Мари дала мне команду, хотя тогда я этого не понял, и… к счастью, силы были не равны, да и «Пегас» уже подхватил тяговый луч «Иллариона». Шлюз взломали, мне вкатили транквилизатор и забрали сюда, а ты и так неплохо приложилась. И хорошо, наверное, потому что… — он не нашёл слов и в который раз расстроено покачал головой.

Нина выслушала его, глядя ему в лицо, считывая каждую эмоцию, потом накрыла его руки ладонью и бережно сжала.

— Объясни подробнее. Мари дала тебе команду убить Октавию?

— Да. Ты всё правильно поняла. Наша многоуровневая связь с ней работает и в обратную сторону, Ауро запустили какой-то вирус в неё, и она решила, что может управлять нами. Пока не понимаю, что это, и проверить не могу. Акустико изолировали корабль от нас, а нас от него дополнительной защитой, потому что стандартные системы «Иллариона» не дают гарантии, что Мари не пробьётся и не заставит нас с тобой сделать что-нибудь… в том числе и друг другу.