Книга Великая княжна Настасья, страница 102 – Айлин Лин

Гости требовали показать молодых, женщины отнекивались и требовали выкуп, наконец, сговорившись, рушник убрали. Мы встали рука об руку, прошли на свои места. Пир начался.

Гости говорили здравицы и подносили подарки к нашему столу.

Послышался звон бубенцов, все обернулись и замерли: в шатёр вошёл сам Ярополк.

— Не могу я не поздравить своего тысяцкого, коего отпускаю на чужбину! – веско заговорил он. - Но не один он поедет, с молодой женой, - взгляд князя скользнул по гостям и остановился на мне, в глазах мелькнуло восхищение. Несколько минут, Ярополк разглядывал меня. Потом поднял поднесённую ему чашу, произнёс здравицу, где на все лады расхвалил нас с Деяном, пригубил, закусил поднесённым пирогом, да и был таков.

А пир всё продолжался. Уже прошли потешные бои, устроенные молодыми дружинниками, лились всё песни, звучали тосты. К концу вечера я мечтала лишь об одном - быстрей добраться до кровати.

Вот, наконец, настал момент прощания с гостями. Мы быстро раскланялись и пошли к саням.

Как и вчера, Деян не притронулся ко мне, опять улёгся на лавку. Я горестно вздохнула, обида всё прочней укоренялась в сердце. Неужели настолько я ему противна, что даже прикоснуться ко мне не хочет? Поглядела на его широкую спину, повертелась, устраиваясь поудобней, да и заснула.

* * *

Деян

Долго тысяцкий гадал, что за невеста едет к нему из Вежи. Воли отца он не ослушается, но как-то решит сам Ярополк.

Свободно было сердце воина, ничьи глаза не грезились ему в ночных снах. Да только и сердце не приневолишь, а если не люба будет ему молодая жена?

Впервые он увидел Настасью на княжеском пиру. Маленькая, тоненькая, она сидела прямо, в глазах не было страха. Понравилась ему гордая княгиня, с глазами цвета грозового неба, белокожая, с густой косой цвета спелой пшеницы. Да только с лица воду не пить.

И всё же не мог он без гордости думать, что его будущая жена, оставшись одна, смогла оборонить город, да ещё огонь какой-то мудрёный раздобыла, об этом в княжьих палатах не говорил теперь только ленивый. Смекалистая девица, разумная.

Стоя перед ней на капище, был изумлён Деян, да ведь она не знает, какие слова и сказать надобно, словно нездешняя. Тихонько шептал он ей, Настасья повторяла, едва шевеля губами, глядя на него широко распахнутыми, серыми, как осеннее небо, глазами.

Отец, кого ты просватал за меня? Всё чаще задавался Деян этим вопросом. Видя робость и смятение молодой жены, в душе воина поднялась волна жалости. Как бы уж ни сложилась судьба, только теперь обязан он беречь свою наречённую.

После пира, оставшись наедине с Настасьей, тысяцкий увидел страх в её глазах. Не хотел он силой брать девушку, противно было от одной мысли. Не причинит он боли сей напуганной пичужке. Пусть привыкнет к нему сперва, сердце само потянется.

Улёгшись на лавку, слушал Деян, как плакала его молодая жена, хотел было утешить её, да побоялся растревожить ещё больше. Кто знает этих девиц? У них и от радости, и от горя глаза на мокром месте.

Но утром Настасья была спокойна, взор ясен, страх исчез. Потеплело на сердце воина. Ничего, всё сладится, пусть пройдёт немного времени.

Наскоро умывшись и переодевшись, ожидал он свою супругу на пир. Вот показалась на крыльце Настасья.

Деян и сам не заметил, как забилось сердце. Молодая княгиня была прекрасна в подаренном им наряде. В глазах, точно искры, отражались блики самоцветов, губы алели, словно украв часть красок с платья, щёки зарумянились от смущения. Легко ступала по ступеням, точно плыла. А воину казалось, что сама Леля (прим. автора - богиня весны, дочь богини красоты, любви и плодородия Лады) спустилась с небес и улыбается сейчас только ему, своему избраннику.