Книга Невеста Мороза, страница 79 – Айлин Лин

Озираясь и прекратив все разговоры, вошли мы в село, точно на кладбище. Даже собак не видать, но те, наверное, разбежались от голода.

Первая изба стояла закрытой изнутри, дыма из трубы нет. Живы ли хозяева?

Лют прикоснулся посохом, и вмиг замёрзшая дверь осыпалась ледяными осколками. Внутри темно, тихо пересекли сени, вошли в горницу. Тишина. Только где-то в углу почудился тихий всхлип.

Посох Люта засветился, озаряя всё вокруг. На лавке лежал труп мужчины. Худой, в страшных язвах. Холод сберёг тело от разложения. Однако запах стоял гнилостный и ощущался даже через повязку, пропитанную отваром ароматных трав.

Я прошла в бабий кут, там на печи лежали женщина и девочка, прижавшись друг к другу. Похоже, первым умер ребёнок, а мать до смерти качала её на руках. Синева, разлившаяся на лицах, сомнений не оставляла, они мертвы.

— Двое здесь, – сказала Морозу.

— Посторонись, Тайя, – Лют взмахнул посохом, тела оделись льдом, точно саваном, колдун взмахнул и их вынесло на улицу.

Кто же плакал?

— Домовой, – кликнула я, – ты где?

Из-за печи показалась аккуратная женская головка, подвязанная платочком, сверкнув глазами, перед нами очутилась женщина в годах, небольшого росточка.

— Домовушка я, – снова всхлипнула она.

— Вижу, – кивнула ей, – давно умерли хозяева?

— Дня три как, – снова разрыдалась женщина.

— Лют, а её куда? Не бросать же здесь.

— Ждать будут новых хозяев. Мор мы уничтожим, а весной деревня заселится снова. Храните добро, приглядывайте за избами, – нахмурился Мороз.

— Как скажешь, зимний колдун, – поклонилась ему домовушка.

— Ну, – отвернулся он от неё, – за дело. Повторяйте за мной.

Лют повёл руками по сторонам, и изба начала промерзать от самого основания. Скоро от стужи даже нам стало тяжело дышать, брёвна потрескивали от мороза. Когда изба, вся мебель и утварь превратились в ледышки, Лют махнул рукой:

— Довольно. Пора дальше.

Так мы и шли от дома к дому, живых не было. Лют делал из трупов ледышки, перемещая во двор, их черёд придёт после. Село было мертво.

— Когда тебе прислали весть? – Спросил Мстивой, когда мы вышли на улицу из очередного дома.

— Сегодня, – Мороз выглядел раздражённым, – не понимаю, почему так поздно.

До самого вечера мы вымораживали опустевшие дома. Холод убьёт инфекцию, а по весне можно снова заселиться, если кто-то вообще захочет жить в этой вымершей деревне.

Уже ночью вышли мы из последнего дома, по спине катились капли пота, дышать в повязке было тяжело. Но Лют, прислушавшись ко мне, запретил их снимать.

— Теперь только осталось сжечь тела, – Мороз, выходивший последним, тяжело опустился на ступеньки, – как же так. Почему допустили, чтобы все погибли?

— Кто принёс весть? – Спросила я.

— Волхв передал Врану утром, они знают, как меня отыскать.

— Стало быть, сами только узнали?

— Нет, зимой волхвы беспрестанно от деревни к деревне ходят. Людей много, скота тоже. Всем подмога нужна. Даже наших сил не всегда хватает, как видишь.

По центру деревни стоял большой колодец. К нему-то и переместил ледышки-трупы Лют, складывая штабелями, как поленницу.

Погребальный костёр, только дровами для него послужат покойники. Страшное зрелище. Пугающее своей неумолимостью.

Я с тоской оглядывалась по сторонам, стараясь не смотреть, как становится выше страшная крада (прим. автора – погребальный костёр). Моё внимание привлекла небольшая рощица, что росла чуть поодаль от деревни, там что-то темнело, в самом центре.