Книга Невеста Мороза, страница 67 – Айлин Лин

— Тебе самому не нравится? – Поддела я его, – как будто в новый дом приехал.

Коледар и Радей стояли, озираясь по сторонам.

— А теперь скажи мне, Тайя, осень считают почти что временем смерти. Что на это ответишь?

— Глупости. А зима тогда что – загробная жизнь? Каждое время года прекрасно. Увядание – это подготовка к будущему цветению, не смерть вовсе.

— Жаль, – искренне сказал Руен, – не осенней ты уродилась. По сердцу мне твои слова.

Из леса выскочил перепуганный волк колдуна, мчавшийся во весь опор:

— Ты здесь? – Он чуть не врезался в хозяина, – уж подумал, беда пришла.

— Отчего же? – Волшебник потрепал косматую голову.

— Никогда нашего леса таким не видел, – волк вывалил язык от быстрого бега.

— Тайе спасибо скажи, пристыдила меня при учениках, – Руен как-то странно улыбнулся. Непонятно, шутит или обиду затаил на мои слова.

Серый подошёл ко мне, прислонился к ногам мохнатым боком, я погладила его по загривку, почесала за ушами.

Парни разошлись в стороны, по-моему, позабыв даже о нас. Радей аппетитно хрумкал совранным яблоком, Коледар же проводил вдоль ветвей руками, не веря своим глазам.

— Отпусти Тайю, Руен, – сказал вдруг волк тихо, – сам за неё прошу. Ни к чему тебе это, не позволят тебе её в плену держать. Сам знаешь, колдунов совсем мало осталось.

Волшебник изменился на глазах: помрачнел, в глазах зажглась ненависть.

— Не пленница она – гостья.

— Разве гостей под замком держат? – Спросила я его, подойдя ближе.

Руен упрямо поджал губы:

— Придёт срок, отпущу. Сам отведу тебя к Цветане, коли захочешь.

— Сколько ждать мне?

Колдун ничего не ответил, подхватил посох и направился к лесу, махнув ученикам. Троица исчезла за деревьями.

Я опустилась на лавку:

— Спасибо, Серый, что выручить пытался.

— Толку-то, – волк улёгся у моих ног, положив голову на колени, и прикрыл глаза.

— Может, ты мне расскажешь, что у твоего колдуна в голове? На что я ему?

Хищник открыл глаза, немного помялся:

— Прости, Тайя. Руен несправедливо с тобой обошёлся, но он мой хозяин. Жизнью я ему обязан. Так не годится.

— Понимаю, – кивнула ему, – мне бы такого друга.

— Заведёшь ещё, колдунья зимняя.

Сидеть без дела мне надоело, отыскав в сенях корзинку, пошла в лес, грибов под деревьями было видимо-невидимо. Нажарю…с чем-нибудь. Где тут закрома хозяйские не знаю, поищу. Будет Радею и Коледару вкусный ужин.

Кладовка отыскалась позади кухни, так что к вечеру на столе стояли не только жареные грибочки, ещё пироги, каравай хлеба и даже компот, чего зря яблокам висеть.

На вечерней зорьке вышла на крыльцо, присела на скамейку. Вскоре показались и мужчины.

Парни заулыбались, махали мне руками, точно давней знакомой, Руен и не глядел в мою сторону. Странный он какой-то. Или колдуны все на голову немного пришибленные?

— Там на кухне ужин горячий вас дожидается, – подошла я к троице.

Парни, довольно потирая руками, поспешили к терему, колдун удивлённо поднял брови.

— Меня тоже приглашаешь?

— Дом твой, – усмехнулась я, – скорее уж, благодарю за гостеприимство.

Руен как-то странно дёрнул шеей. Подумал, наверное, что отравить его собираюсь.

— Я всё равно тебя пока не отпущу.

— Слышала, – уже было собралась присоединиться к парням, как воздух над двором замерцал. Колдун перехватил посох, собираясь сражаться. Неподалёку появилось серебристое марево, оттуда вышла женщина.