Книга Ассана. Путь к свободе, страница 83 – Айлин Лин

— Я никого не чувствую, и Вал тоже, — отмер он через несколько минут. Я за это время успела подняться и собрать разложенные пледы и бутылку с водой.

— Анзо знает где, — сказала я, — отсюда и я никого не ощущаю.

Хайл и я поспешили к неподалёку лежавшему Валу и взобрались ему на спину.

За последнее время, казалось бы, я уже должна была попривыкнуть летать на спине такого крупного существа, но каждый раз был практически один в один, как первый.

Дыхание сбивалось и сердце ухало куда-то вниз, и лишь когда Птах набирал желаемую Всаднику высоту, я переставала дрожать.

— Когда Анзо вырастет, как Вал? — недавно спросила я Хайла.

— К следующей зиме, — последовал ответ, и я задумчиво посмотрела на подросшего питомца.

Вал привычно присел и грузно оттолкнулся сильными, когтистыми лапами от земли, делая взмах мощными крыльями, поднимая лёгкий рыхлый снег в воздух вслед за собой.

Питомец Хайла приземлился на площадку между двух скалистых возвышенностей. Анзо ждал нас и с нетерпением прыгал туда-сюда, нетерпеливо вертя красивой головой и блестя бусинками глаз.

— Чувствую слабый зов, — вдруг сказал Ведок, нахмурившись, — Вал говорит, что, если пройти глубже, будет гнездо Ри Ассаи, он чувствует слабое биение жизни. И считает, что мы потратим время зря, если попробуем их спасти.

Но я уже не слушала, что дальше говорил Хайл, устремляясь вслед за Птахом в широкий проход, достигнув конца которого, мы упёрлись в тёмную пещеру приличных размеров. Немедля ни секунды мы с Анзо рванули внутрь. Темнота была не абсолютная: света от входа вполне хватило, чтобы разглядеть внушительных размеров гнездо.

Взобраться в него не составило труда: ветки, из которых оно (гнездо) было свито были очень прочными и, хватаясь за торчащие то тут, то там, палки, я поднялась на самый верх. Анзо уже был внутри и стоял посреди трёх чуть голубоватых очень крупных яиц, высотой мне по колено.

— Это яйца Ри Ассаи, — раздался голос Хайла, — и они практически погибли. Видать мать так и не вернулась с очередной охоты. Пойдём, — махнул он мне рукой, — нужно уходить.

— Нет.

Мужчина удивлённо поднял одну бровь, молчаливо спрашивая меня, в чём, собственно, дело.

— Я их заберу. Попробую…

— Что именно? Высидеть? — перебил меня Хайл, качая головой и грустно улыбаясь.

— Даже если и так, я не могу их бросить. Я чувствую жизнь, и они борются. Своих не бросают, — вырвалось у меня.

Домой мы летели гружёные тремя яичками, закутанными в наши пледы и на моём лице, блуждала счастливая глупая улыбка. Я была уверена, что поступила совершенно правильно.

— Внучка, это что за такое, а? — невнятно пробормотала бабушка, замерев на месте и выпучив глаза на привезённую мной находку.

— Драконьи яйца? — восхищённо прошептала Моника, приблизившись к интересующим её предметам, — красиивые! — осторожно тронув одно из них пальцем, добавила, — только почему-то это яичко ледяное, — осмелев, девушка потрогала остальные два, — и эти тоже.

Тут распахнулась входная дверь и в гостиную влетел дед Олав в сопровождении Хайла.

— Ёшки-матрёшки! — по-русски воскликнул он, — думал Хайл сочиняет! Три яйца голубой Ри Ассаи!

Мужчина проворно скинул тулуп и рукавицы на лавку около дверей, и поспешил к яичкам.

— Ледяные и уже почти погибли, — приговаривал он, любовно поглаживая кажущиеся на первый взгляд хрупкие скорлупки, — так, нужно организовать им гнездо в углу неподалёку от печи. И тебе, Аня, придётся спать между ними. Или на них, если выдержишь твёрдую, неровную поверхность.