Книга Тайна генерала, или Заколдованный цветок, страница 44 – Алена Шашкова, Василиса Лисина

— У королевы на меня свои планы, и вы в них не вписывались, — понизив голос, призналась я. — Так что… расскажите, что вы писали?

— Хорошо, — Берилл на миг прикрыл глаза. — Я сознавался, что писал вместо Азурита. Сожалел, что мне пришлось уехать до того, как я сказал бы вам это лично.

— Зачем вы вообще решились на эту авантюру? — задала я главный волнующий вопрос.

— Изначальная причина проста, — хмыкнул Берилл. — Не хотел позволить принцу другой страны свободно переписываться с нашей принцессой. Мало ли какую информацию он пытался выведать, втеревшись вам в доверие.

Хотела бы ответить, что он не прав, наши страны уже не воюют, и смысла в этом нет. Но вовремя остановилась. Вспомнила настоящего Азурита и поняла, что он мог бы что-то подобное задумать.

— А вы сами… — я замялась, не сразу решившись спросить то, что волновало всё это время, — Вы были… писали… искренне? Или играли роль?

— Везде, где шла речь о моих мыслях и чувствах, я был честен с вами, Агата.

Этот ответ я и желала получить. Вот только почему в глазах Берилла была не только теплота, но и… сожаление? Будто он знал, что-то, что сделает мне больно.

— О том времени у меня останутся только светлые воспоминания. Благодаря вам.

— Вы так говорите, будто других воспоминаний не будет, — я обхватила себя руками и напряглась, ожидая, что ничего хорошего он не ответит.

— Об этом я тоже писал… Агата, из-за родового проклятия мне лучше держаться от вас подальше.

Я не могла поверить ушам. Почему?

— Вы держитесь ко мне довольно близко, и пока ничего не произошло, — возразила я. — К тому же вы шли к колдуну разве не затем, чтобы разобраться с проклятием?

— Да. Но я опоздал, ведь превращение произошло, — негромко ответил он. — Теперь это не остановить.

Я молчала, не зная, что сказать. А Берилл не торопился объяснять мне суть своего проклятия.

— Мне просто нельзя быть в столице. И отныне лучше не покидать своей территории. Это опасно для окружающих, — он устало потёр лоб. — А ещё, это проклятие передастся моим детям. И неизвестно, как сработает на них. В каком возрасте…

При словах Берилла о детях я почувствовала, как жар приливает к щекам. Почему я подумала о наших детях? Он ведь, возможно, имел в виду совсем-совсем не это…

— Но я тоже не обязана всё время жить в столице, — опустив взгляд, ответила я.

Берилл коснулся рукой пряди моих мокрых волос и, касаясь щёки, отвёл их в сторону. В его глазах всё ещё оставалась грусть.

— Милая Агата, вы очень добры и самоотверженны, — от его обращения ко мне, как в письмах, в груди затрепетало. — Я беспокоюсь, насколько легко и быстро вы поддаётесь чувствам… Не ошибитесь в следующий раз.

В следующий раз? Я неверяще смотрела на Берилла. Очевидно, он уже всё решил. Без меня. Значит, не так уж и крепки были его чувства.

— Боюсь, что следующего раза не будет, — тихо сказала я и, не дав ему ответить, продолжила: — Пойдёмте. Карминита заждалась.

Берилл смерил меня внимательным взглядом, кивнул и повёл вдоль берега, показывая дорогу. К месту стоянки мы вернулись молча.

Наутро Карминита всё никак не могла понять, какая кошка между нами пробежала. И я и Берилл ходили хмурые и почти не разговаривали. До Холма цветения, где мы могли бы найти Розу, оставалось всего ничего, но это не прибавляло мне радости. Я остро чувствовала, что времени, проведённого с Бериллом, всё меньше. Мы скоро расстанемся навсегда. Возможно, он был прав, когда не признался, кто он.