Книга Сиротка для Ледяного чудовища, страница 31 – Алена Шашкова, Василиса Лисина

Она слушала, улыбаясь, а потом, наконец, уснула. Нивеус отложил книгу и посмотрел всё ещё бледную на девушку.

Самое раздражающее, что никакого противодействия эффекту от проклятия не было. Просто, как в случае со столом, который замёрз не до конца и потом медленно оттаял, нужно было тепло и время. Но до Ярики ни один человек, которого касался Нивеус, не выживал.

Всё, что он мог — дать это тепло и время, а ещё помочь её хрупкому человеческому организму бороться. Отвар должен был в этом помочь. Если его холод не сломал что-то в хрупком организме человечки, то она выживет.

Всю ночь Нивеус сидел рядом и с тревогой проверял её дыхание. Перчатки он так и не снял. И её не стал раздевать — вечно держащая тепло шубка была как раз кстати. Но несмотря на неё и такие же волшебные сапожки, на тёплый плащ, которым он укрыл Ярику сверху, и на вовсю старавшегося духа огня, человечка дрожала от холода.

Нивеус поймал себя на том, что хочет проверить её, коснувшись губами лба. Опасное желание. Он заставил себя выйти на время из комнаты.

На душе у Нивеуса скребли кошки. Он держал Ярику рядом, потому что она заставляла просыпаться его чувства. Но сейчас он готов был снова лишиться всех чувств, снова жить один в вечном холоде. Но только чтобы она осталась жива.

Он перебирал в уме все способы, которые могли бы ей помочь. И находил только одно решение. Если Ярике не станет лучше к утру, помочь ей сможет только человеческий светлый архимаг. Разумеется, ему надо будет заплатить за такую услугу, и Нивеус даже знал чем. Придётся отправить девушку в королевский замок, где сейчас находился этот старик. Она выживет, но вряд ли уже захочет к нему вернуться.

Нивеус написал архимагу письмо, но надеялся, что оно не понадобится. Как только первые рассветные лучи коснулись земли, Нивеус снова пришёл проверить Ярику.

Ничего не изменилось. Она спала, подрагивая от холода. Между её бровей залегла морщинка, а пухлые губы сжались в тонкую линию. Девушка выглядела очень бледной.

— Как она? — хрипло спросил Нивеус у духа, хотя уже знал ответ.

— Как видите, Хозяин. Не отогрелась пока.

— Тут и не отогреется, — слова камнем упали.

Нивеус осторожно коснулся плеча Ярики и потряс его. Девушка открыла глаза, поморгала, фокусируя взгляд. И слабо улыбнулась Нивеусу.

— Уходи, — сказал он.

Радость и восторг от первого поцелуя сменились пронизывающим холодом. Больше всего замораживало где-то в груди. Казалось, сознание готово меня покинуть, но я старательно держалась за него.

Нивеус смотрел на меня глазами, полными сожаления и ужаса. Так вот, почему он до этого старался не касаться меня. Берёг…

— Холодно, — едва успела произнести я, и он сразу обернул меня в плащ и с нечеловеческим рыком унёс в замок.

Меня била крупная дрожь. Я то засыпала, то просыпалась. Нивеус почти всё время был рядом. Даже напоил меня чем-то немного горьковатым, но согревающим. Стало чуть теплее, я даже почувствовала, будто стала меньше дрожать. Но холод в груди никуда не ушёл.

Хозяин сидел и читал мне сказки. Тихо, нежно. Те самые сказки, которые он назвал глупыми и бесполезными. До тех самых пор, пока я не заснула.

А потом проснулась от его жёсткого требования:

— Уходи!

Слова царапнули по сердцу, а холод в груди будто стал сильнее, разросся. Ещё недавно он держал меня и не хотел отпускать, а теперь гонит? Я, не веря, смотрела на него и куталась в шубку.