Книга Я осталась злодейкой в романе, и уже не важно в каком, страница 86 – Алена Шашкова, Василиса Лисина

С красной пеленой перед глазами Ролан двинулся в сторону выхода. Догонит. Заберёт. Вернёт её, обнимет и никогда больше не отпустит.

У выхода из сада кто-то посмел его остановить. Ролан даже не смотрел, а отмахнулся и ударил. Но человек увернулся и крикнул его имя.

— Да послушайте же! — дошёл до рыцаря смысл слов.

Он наконец узнал человека перед собой. Элай, один из первых ассасинов дяди, кто перешёл на его сторону и присягнул ему. Но слушать его Ролан не собирался. Оттолкнув парня, он пошёл дальше.

— Я с тобой, — возникла рядом Энн.

Ролана захлестнула неконтролируемая ярость. Она должна была защищать Лену! Чем она занималась? Ролан только подумал о том, что не сдержит порыва ярости, но Энн, как почувствовав, отступила на шаг.

— Я отражала атаку снаружи, под окном. А они прокрались с другой стороны. Отругать можешь потом, сейчас я иду с тобой за госпожой, — твёрдо сказала

она.

— Это всё отлично, только возьмите с собой войско, — вставил Элай.

Ролан лишь перевёл на него взгляд, предлагая продолжить мысль.

— Я принёс данные от разведки. И знаю, где император будет держать Летицию. А также то, что вы объявлены предателем и будете убиты, как только окажетесь на территории Латори.

— Плевать. Я убью любого, кто будет мешать, — наконец, заговорил Ролан.

— И даже императора? — прищурился Элай.

— К чему ты клонишь? — Ролан ненавидел эти попытки юлить и недоговаривать.

— К тому, что избежать противостояния не выйдет... — ассасин на всякий случай отступил, говоря это.

Но Ролан уже понимал, что парень прав. Похоже, это судьба, которой не избежать.

— Значит, так и сделаем. Я заявлю о своём праве быть императором и позабочусь о том, чтобы и дядя, и вся Латори узнала об этом, — сжав кулаки, сказал Ролан. — Ты же соберёшь сторонников?

Элай кивнул, плохо скрывая радостную улыбку.

— Я знаю, с кем посоветоваться, — ровно проговорила Энн. — Есть один человек, который разбирается в государственных переворотах.

Глава 40

Будто сквозь толщу воды я слышала какой-то неясный скрип и скрежет. Меня укачивало. Было ощущение, что я качаюсь на старых металлических качелях, которые забыли смазать.

С трудом разлепила глаза и поняла, что хочу закрыть их снова. Надо мной была металлическая чёрная решётка. По бокам тоже. Более того, я руками и всем телом чувствовала, что подо мной всё та же решётка. Чёрт. Я опять вляпалась. Всё тело ломило, двигаться не хотелось в принципе. Голова болела, и вообще подташнивало. Особенно учитывая сырой, затхлый запах, в который примешивалось что-то палёное. В воздухе висела едва заметная сизо-сиреневая дымка. Я попыталась развеять её рукой, но она даже не двинулась.

Где я? Всё-таки нашла в себе силы приподняться на локте и осмотреться. Снова захотелось зажмуриться и понадеяться, что всё это кошмарный сон, и сейчас я проснусь в своей кровати рядом с Роланом.

Я лежала в металлической квадратной клетке, подвешенной над полом. Пола я, кстати, не видела, потому что было высоко и темно. Освещалось помещение только несколькими факелами, которые еле-еле коптили.

Рядом угадывались силуэты ещё пары таких же клеток, как у меня, только намного больше. Кажется, пустые, и, похоже, на полу. Моя же клетка раскачивалась при каждом моём движении, и от этого слегка укачивало, поэтому двигаться старалась минимально. Некоторое время ничего не происходило. Я висела в клетке на неопределённой высоте и прислушивалась. Тишина нарушалась поскрипыванием и позвякивание цепей и тихими каплями где-то. Чем больше проходило времени, тем страшнее становилось. Потому что приходило понимание безвыходности моего положения.