Книга Развод. Последний танец с бывшим, страница 68 – Виолетта Весна

Последние две недели я отвечала за расписание, репетиции, учеников и собственный долг. Каждый день кто-то спрашивал, будет ли работать центр через месяц. Продажа снимала большую часть вопросов. Сеть назначала директора, закрывала кассовый разрыв, брала на себя маркетинг и переговоры с арендодателем. Мне оставалась художественная работа в рамках бюджета. Можно было обвинять Родиона в желании выбрать этот путь, пока я не увидела, насколько он облегчает жизнь лично мне.

Дома я разложила на столе три модели. Всеволод подготовил их в одинаковом формате.

Сначала я закрыла столбец с названиями и смотрела только на деньги. У сети не было кассового разрыва после сделки, но первый заем поступал лишь после регистрации. До него мы все равно проводили вечер своими силами. Самостоятельная модель оставляла на счете опасно малый запас и требовала каждый месяц выполнять план продаж не ниже установленного значения. Модель с изменением долей добавляла мой личный платеж, который к кассе школы отношения не имел.

Я отметила красным то, что могло сорваться до второго ноября. Субаренда еще ждала письменного согласия арендодателя. Майя еще не подписала договор директора. Партнерский платеж зависел от проведения вечера. Билетный сервис перечислял остаток после закрытия события. Ни один пункт нельзя было считать деньгами сегодня.

Зеленым я отметила уже сделанное: сокращенная смета, пятьсот семьдесят два действующих билета по последнему обновлению, подтвержденный ансамбль, запрет новых годовых продаж, проект долевой сделки. Зеленых строк было меньше, но они не зависели от обещаний сети.

Я позвонила Майе.

— Можешь говорить как человек, которому предлагают две разные работы, без роли будущего директора?

— Могу. Только пять минут, у меня расписание замен.

— Если мы продаем сеть, ты останешься?

— На переходный месяц — да, если договор не ухудшат. Дальше посмотрю на полномочия. Операционным администратором без права решать я работать не хочу.

— А если остаемся самостоятельно?

— Приму должность только по проекту, который обсуждали. Если вы сохраните право отменять мои решения устно, откажусь.

— То есть твой ответ не помогает выбрать.

— Я не должна быть аргументом за одну из ваших моделей. Вы выбираете собственность. Я выбираю работу.

— Справедливо.

— И еще. Если вы продадите, я не сочту это предательством. У сети есть рабочие процессы. Если останетесь, не сочту героизмом. У вас будет тяжелый бюджет. Не просите команду восхищаться риском владельцев.

После звонка я убрала из своей таблицы строку «сохранить Майю». Человек не был активом, который переходил вместе с брендом.

Затем позвонил арендодатель. Его юрист согласовал отдельный вход по утрам, список сотрудников студии и ответственность за повреждение покрытия. Оставался обеспечительный платеж и запрет устанавливать оборудование тяжелее установленного веса.

— Письменное согласие получите завтра до четырех, — сказал он. — Но только если график совпадет с основным договором. Любое вечернее занятие субарендатора — отдельное нарушение.

— Нам нужны только будни до трех.

— Тогда проблем не вижу.

Я внесла статус: «высокая вероятность, не подписано». Сто шестьдесят тысяч дохода в месяц могли закрыть большую часть текущего разрыва, но для этого чужая студия должна была платить вовремя, не мешать нашим занятиям и не повредить зал. Сеть обещала реальные деньги после сделки. Платой за них становился контроль.