Книга Развод. Я беременна от бывшего, страница 60 – Виолетта Весна

Люди, которым было удобно, пока я молчала.

Я заблокировала номер, легла на бок и прижала ладонь к животу.

— Мы справимся, — сказала я тихо.

Но сама не знала, кому обещаю.

Ребенку.

Себе.

Или тому будущему, которое впервые перестало казаться полностью пустым.

Я не сразу переслала Артему второе сообщение.

Сидела на кровати, смотрела на фотографию у клиники и чувствовала, как внутри снова поднимается то самое тяжелое, липкое бессилие. Я знала этот вкус слишком хорошо. Так было в браке, когда Кристина говорила что-нибудь вежливое и точное, Марина Орлова делала вид, что дает совет, а Артем после моего вопроса отвечал: «Ты неправильно поняла».

Вот и сейчас.

Фото было обычным. Почти невинным.

Я и Артем у клиники. Он держит зонт. Я стою рядом, бледная, уставшая, с папкой в руках.

Если не знать ничего, можно было увидеть заботу.

Если знать слишком много, можно было увидеть новую клетку.

Подпись делала свое дело.

«Интересно, что скажут партнеры Артема, когда узнают, как вы его удержали».

Я закрыла глаза.

Удержала.

Как будто ребенок был крючком.

Как будто все эти ночи, страх, тошнота, анализы, звонки из клиники, мамины сухари и мое дрожание в коридорах — расчет.

Я положила телефон на тумбочку и попыталась встать, но сразу поняла, что ноги ватные. Врач сказала отдыхать. Снизить стресс. Не доводить себя до состояния, где тело уже само просит остановиться.

Только как остановиться, если тебя снова тянут в чужую грязь?

В комнату заглянула мама.

— Вера?

— Все нормально.

Она посмотрела на меня так, что я сама услышала, как фальшиво это прозвучало.

— Что опять пришло?

Я молча протянула ей телефон.

Мама прочитала. Лицо у нее стало усталым, будто за последние дни она постарела на несколько лет.

— Господи, когда же они успокоятся.

— Когда я перестану быть удобной темой.

— Ты не тема.

— Для нас — нет.

Мама села рядом на край кровати.

— Артему отправила?

— Первое — да. Второе — нет.

— Почему?

Я пожала плечами.

— Потому что не хочу, чтобы он снова превратился в Артема Орлова на войне.

— А если без него ты останешься одна против них?

— Я не одна. У меня есть вы.

Мама мягко улыбнулась.

— У тебя есть мы. Но эта грязь идет из его мира, Вера. Иногда человек должен сам убирать то, что годами позволял накапливаться вокруг себя.

Я отвернулась.

Потому что она была права.

И потому что мне не хотелось, чтобы Артем снова оказался нужен.

Я отправила ему второй скриншот.

Ответ пришел через минуту.

«Я сейчас приеду?»

Я прочитала вопрос и замерла.

Не «приеду». Не «я еду». Вопрос.

Снова маленький шаг туда, где я могла сказать нет.

Я написала:

«Зачем?»

Он ответил:

«Показать тебе кое-что. И поговорить. Если ты можешь».

Я устала от разговоров. От объяснений. От постоянной необходимости держать оборону.

Но в сообщении не было давления.

Было ожидание.

Я посмотрела на маму.

— Он хочет приехать.

— Ты хочешь?

Я не знала.

Вернее, знала, но боялась признаться. Мне хотелось увидеть его. Не потому что все простила. Не потому что мне стало спокойно. А потому что после клиники между нами появилась тонкая нитка, и каждое новое сообщение с неизвестного номера пыталось ее порвать.

Я хотела понять, держится ли она.

— Пусть приезжает, — сказала я.

Мама кивнула.

— Я буду дома.