Книга Развод. Я беременна от бывшего, страница 33 – Виолетта Весна

— И если он начнет давить...

— Паша.

— Все, молчу.

Поздно вечером, когда все разошлись, я осталась одна в комнате. Мама спала за стеной. Павел уехал домой. Лада прислала пять сообщений подряд: сначала сердечко, потом «только не нервничай», потом «я знаю, что фраза бесячая», потом «пей воду», потом «люблю».

Я положила снимок УЗИ на тумбочку.

Рядом лежал телефон.

Я долго смотрела на чат с Артемом.

Последнее сообщение от него пришло час назад.

«Ты дома?»

Я не ответила.

Потом еще одно:

«Я не приеду. Просто ответь, что ты дома».

Вот оно снова.

Почти правильно.

Почти бережно.

Я написала:

«Я дома».

Он ответил сразу:

«Спасибо».

И больше ничего.

Я перечитала это «спасибо» несколько раз.

Потом открыла заметки в телефоне и написала первую фразу, которую, возможно, когда-нибудь смогу сказать ему вслух:

«Артем, я беременна».

Посмотрела на нее и сразу стерла.

Слишком просто.

Слишком страшно.

Я положила телефон, выключила свет и легла на бок. В темноте тихо работали батареи, где-то во дворе хлопнула дверь машины, за стеной мама перевернулась во сне.

Я положила ладонь на живот.

— У тебя сегодня было первое сердцебиение, — прошептала я. — А я даже не знаю, как сказать об этом твоему отцу.

Ответа, конечно, не было.

Только внутри, в памяти, снова зазвучало быстрое и упрямое:

Тук-тук-тук.

Сердце, которое уже билось.

Сердце, ради которого мне скоро придется перестать прятаться.

Я проснулась от того, что кто-то звонил в дверь.

Не в телефон. В дверь.

Резко, коротко, один раз.

Я открыла глаза и несколько секунд просто лежала, пытаясь понять, где нахожусь и почему сердце сразу стало биться быстрее. В комнате было серое утро. За окном шумели машины, на подоконнике стояла кружка с недопитой водой, рядом с телефоном лежал снимок УЗИ в прозрачном файле.

Сердце, которое уже бьется.

Вчера это казалось чудом.

Сегодня — правдой, которую больше нельзя долго удерживать внутри.

Звонок повторился.

Я села на кровати.

Из коридора донеслись шаги мамы. Потом ее осторожный голос:

— Кто там?

Ответ я не услышала. Но услышала паузу.

Этой паузы хватило.

Я встала так резко, что закружилась голова. Пришлось опереться рукой о тумбочку. Снимок УЗИ соскользнул на пол, и я машинально подняла его, сунула в ящик, закрыла.

Глупо.

Бессмысленно.

Как будто можно спрятать не бумагу, а всю правду.

В коридоре мама открыла дверь на цепочку.

— Артем Игоревич, Веры сейчас...

Я вышла из комнаты.

Артем стоял за дверью.

В темном пальто, с мокрыми от дождя волосами, без зонта. Вид у него был не деловой и не спокойный. Собранный — да. Но под этой собранностью я сразу увидела бессонную ночь.

Он посмотрел на меня поверх маминого плеча.

— Нам нужно поговорить.

Я сжала пальцы на косяке.

— Я не приглашала тебя.

— Знаю.

— Тогда почему ты здесь?

— Потому что вчера ты вышла из кабинета гинеколога со снимком в руках.

Мама тихо вдохнула.

У меня внутри все похолодело.

Вот и все.

Не «почти». Не «кажется». Он увидел достаточно.

Я сделала шаг вперед.

— Мам, все нормально.

— Вера...

— Пожалуйста.

Мама посмотрела на меня, потом на Артема. В ее лице не было страха, только напряжение. Она сняла цепочку, открыла дверь шире, но не отступила полностью.

— Проходите, — сказала она. — Но если моя дочь скажет, что разговор окончен, вы уйдете.