Книга Я больше не ваш тыл, генерал, страница 86 – Виолетта Весна

Он не стал смягчать.

Хорошо.

Я уже устала от мягкой лжи.

После флешки Арсен ушел на короткое совещание с Назаровым и Сомовым. Полина осталась со мной в переговорной. Мы разложили копии, сделали список вопросов к Таисии и отдельный — к Сокольской, если ее найдут.

Я должна была работать.

И работала.

Но мысли все время возвращались к листу.

Градов — подпись/щит?

Перечеркнуто.

не он. слишком поздно понял?

Слишком поздно понял.

Может быть, это и было названием всей нашей жизни.

Арсен слишком поздно понял, что его подпись используют.

Слишком поздно понял, что Радан рядом.

Слишком поздно понял, что молчание разрушает брак сильнее правды.

Слишком поздно понял, что я ухожу не из-за одной квартиры на Кедровой, а из-за семи лет, где была его тылом без права знать, куда идет война.

— Не думай о нем, — сказала Полина, не поднимая глаз от бумаг.

— Я думаю о деле.

— Конечно. Просто дело у нас высокое, темноволосое, с тяжелым взглядом и бывшим штампом в паспорте.

— У нас уже нет штампа.

— В голове пока есть.

Я бросила в нее ручкой.

Она поймала.

— Реакция хорошая. Значит, жить будешь.

— Ты уже говорила.

— Я себя успокаиваю.

Я хотела ответить, но в коридоре раздались быстрые шаги.

Не тревожные, но резкие.

Дверь открылась без стука.

На пороге стоял Назаров.

Я впервые увидела его не просто собранным, а встревоженным.

— Где Арсен? — спросила Полина.

— В комнате связи. Сейчас идет сюда.

— Что случилось? — спросила я.

Назаров посмотрел на меня.

И мне сразу стало холодно.

— Таисия Кретова и Лев исчезли из своего сектора.

Полина резко поднялась.

— Как исчезли?

— Не в комнате. Не в санузле. Не в медицинском блоке. Пост у внутреннего коридора говорит, что к ним никто не входил после врача. Внешний периметр пока закрыт.

— Пока? — переспросила я.

Назаров сжал челюсть.

— В системе есть отметка о кратком открытии служебного выхода восемнадцать минут назад. По коду медицинской эвакуации.

— Кто дал код?

— Разбираемся.

Вошел Арсен.

Если до этого я считала его лицо жестким, то ошибалась. Сейчас в нем не было ничего лишнего. Только холодная, почти страшная концентрация.

— Периметр закрыт, — сказал он Назарову. — Камеры за последние тридцать минут на главный экран. Врача, психолога, посты — отдельно. Никого не выпускать без проверки. Сомова к журналам доступа.

Потом посмотрел на меня.

— Не выходи из комнаты.

Я уже открыла рот.

Он остановился сам.

Сделал вдох.

— Пожалуйста. Пока мы не понимаем, как их вывели.

Я не стала спорить.

Не потому, что он сказал «пожалуйста».

Потому что Лев снова был в опасности.

— Я иду с вами, — сказала я.

— Варвара…

— Таисия доверяет мне. Или хотя бы меньше боится, чем ваших людей. Если она ушла сама, я могу понять почему.

Полина сказала:

— Я с ней.

Арсен несколько секунд смотрел на нас.

Потом кивнул.

— Рядом со мной. Не вперед.

— Опять?

Он встретил мой взгляд.

— Не потому что ты слабее. Потому что я знаю дом.

Это было логично.

И, черт возьми, это было важно.

— Хорошо, — сказала я. — Вы знаете дом. Идем.

Мы почти бежали по коридору.

Сектор, где размещали Таисию и Льва, находился в дальнем крыле первого этажа. Вчера через стекло я видела их комнату отдыха. Сегодня дверь была открыта.

Внутри все выглядело слишком спокойно.

Вот что испугало сильнее всего.

Не перевернутая мебель. Не следы борьбы. Не кровь.