Книга Я больше не ваш тыл, генерал, страница 40 – Виолетта Весна

Она впервые улыбнулась.

— Юмор есть, значит, жить будете.

— Спасибо, это сейчас почти угроза.

Врач записала что-то в лист.

— Нервная реакция после стресса может накрыть позже. Тремор, злость, слезы, слабость — нормально.

— А желание ударить бывшего мужа чем-то тяжелым?

— Если без реализации, тоже в пределах нормы.

Я неожиданно рассмеялась.

Коротко, почти беззвучно. Смех оборвался быстро, но ком в горле стал меньше.

Анна Дмитриевна не стала делать вид, что не поняла.

— Он снаружи стоит так, будто под дверью операционной.

Я застыла.

— Кто?

— Арсен Викторович.

— Это у него профессиональное.

— Возможно.

Она закончила осмотр, оставила мазь и таблетки.

— Спать постарайтесь хотя бы пару часов.

— Сомнительно.

— Тогда лежать в темноте. Телефон не листать.

— Это уже роскошь.

Когда она вышла, Арсен вернулся не сразу. Сначала тихий разговор в коридоре, потом его шаги. Я знала их слишком хорошо. Сдержанные, ровные, без лишнего звука. В нашей квартире я могла по этим шагам понять, какой у него был день.

Тяжелые — потери.

Быстрые — срочный выезд.

Почти бесшумные — он не хочет меня будить.

Сейчас шаги были осторожные.

Он открыл дверь.

— Что сказала врач?

— Что я выживу и пока могу не бить вас тяжелыми предметами.

— Пока?

— Ее формулировка была менее конкретной.

Он кивнул, будто принял медицинское заключение.

— Специалист связи подойдет через десять минут. Полине уже передали, что ты здесь.

— Кто передал?

— Я.

— Адрес?

— Да.

Я не ожидала, что он сделает это без торга.

— Она что сказала?

— Многое.

— Дословно?

— Часть непечатная.

— Узнаю Полину.

Арсен впервые за вечер почти улыбнулся. Не полностью. Только тенью у рта.

И тут же убрал это выражение, будто не имел права.

— Она едет, — сказал он.

Я выпрямилась.

— Сейчас?

— Да.

— Вы же говорили утром.

— Она сказала, что если я еще раз решу за тебя, она приедет не одна, а с журналистами, адвокатской палатой и твоей матерью.

— Полина умеет выбирать оружие.

— Да.

— И вы разрешили?

Он посмотрел на меня.

— Я согласовал безопасный маршрут для твоего адвоката.

— Перевод с генеральского: разрешили.

— Варвара.

— Ладно. Спасибо.

Слово вышло неловко.

Он услышал и не стал цепляться. Просто кивнул.

В комнату вошел специалист связи — молодой мужчина в очках, с небольшим кейсом. Он подробно, даже слишком подробно объяснил, что проверит телефон на активные соединения, подозрительные профили и попытки внешнего доступа. Делал все при мне. Экран был виден, устройство не уносил, пароли я вводила сама.

Арсен стоял у окна и не вмешивался.

Через пятнадцать минут специалист сказал:

— Есть попытка подключения к публичной сети у дома на Кедровой и несколько запросов геолокации через приложение такси. Вредоносного доступа не вижу. Но я бы рекомендовал временно использовать защищенный аппарат.

— Кто запрашивал геолокацию? — спросила я.

— Само приложение могло отдавать маршрут. Плюс у вас включена передача локации контакту… Полина Алексеевна?

— Да, это я сама.

— Тогда критичного нет. Но номер уже мог попасть в связку.

Арсен молчал, но я чувствовала его взгляд.

— Значит, телефон можно оставить у меня, — сказала я.

Специалист посмотрел на Арсена.

Тот ответил не ему, а мне:

— Да.

Я взяла телефон обратно.

Первым делом открыла сообщения.

От мамы было уже три.