Книга Я больше не ваш тыл, генерал, страница 24 – Виолетта Весна

Он замер.

Таисия тихо сказала:

— Варвара Ильинична…

Я подняла ладонь, не глядя на нее.

Не сейчас.

Арсен смотрел на меня так, будто я ударила точнее, чем те двое снаружи.

— Между мной и Таисией ничего не было, — сказал он.

Семь дней назад я бы отдала за эту фразу многое.

Сегодня она пришла поздно и не той дверью.

— Знаю, — ответила я. — Мне пришлось приехать сюда, чтобы это узнать.

Он закрыл глаза на долю секунды.

Когда открыл, генерал уже почти вернулся.

— Мы уходим. Сейчас.

— Куда?

— В безопасное место.

— Нет.

Он посмотрел на выбитый замок.

— Варвара, квартира раскрыта. Адрес сгорел. Ты была внутри при нападении. Твой офис вскрыт. Тебя пытались подставить или использовать. Это не просьба.

— А я не вещь в вашем сейфе, Арсен.

Фраза вырвалась сама.

Точно.

Окончательно.

В квартире стало тихо.

Даже Лев перестал всхлипывать.

Я сделала шаг к нему.

— Меня нельзя спрятать и назвать это заботой.

Арсен молчал.

Впервые за все время он не нашел приказа.

И почему-то именно это испугало меня сильнее, чем выбитая дверь.

Потому что за его молчанием стояла не пустота.

Там была вина.

Настоящая.

Таисия прижала Льва крепче.

В коридоре кто-то сказал:

— Арсен Викторович, нужно уходить. До приезда официальной группы пять минут.

Арсен не отрывал взгляда от меня.

— Хорошо, — сказал он тихо. — Не спрячу.

Я не поверила.

Пока не могла.

— Тогда что?

— Поедешь со мной. Не как объект. Как человек, которому я должен правду.

Я усмехнулась.

— Должны были семь лет.

— Знаю.

Одно слово.

Без оправдания.

И от этого внутри снова что-то опасно дрогнуло.

Я отвернулась первой.

— У меня условие.

— Говори.

— Таисия и Лев едут отдельно. С Полиной на связи. И я не подписываю никаких бумаг, пока не прочитаю.

На лице Арсена мелькнуло нечто почти неуместное.

Уважение.

— Принято.

— И вы отвечаете на мои вопросы.

— На те, на которые смогу.

— Нет. На те, на которые должны.

Он посмотрел на меня долго.

— Принято, — повторил он.

Снаружи завыли сирены.

Запоздалые, официальные, громкие.

Я стояла посреди чужой разрушенной прихожей, среди осколков замка, мокрых следов, страха и правды, которая только начинала показывать зубы.

Еще утром я думала, что ухожу от мужа из-за другой женщины.

Теперь эта женщина стояла рядом с ребенком, которого надо было спасать.

А мой бывший муж смотрел на меня так, будто впервые понял: я больше не буду идти за ним вслепую.

Даже если впереди темно.

Даже если опасно.

Даже если он единственный, кто знает дорогу.

Из квартиры Таисии нас выводили не как людей, а как проблему.

Быстро. Молча. Без лишних вопросов.

На лестничной площадке пахло перцовым баллончиком, мокрой одеждой и чужим страхом. Один из мужчин, ворвавшихся в квартиру, сидел у стены, согнувшись, со связанными за спиной руками. Второго уже увели вниз. Лампочка над лифтом снова загорелась, но от этого подъезд не стал обычным. Свет дрожал на серых стенах, выхватывал следы обуви, царапину у замка, обломок черной пластиковой камеры у двери.

Я смотрела на все это и никак не могла совместить с тем, что час назад ехала сюда как обманутая жена.

Квартира, женщина, ребенок, возможная измена.

Простой, почти бытовой ад.

Теперь ад вырос. У него появились люди в черных куртках, глушилки, выведенные из строя камеры и мой офис, вскрытый ночью ради папки с фамилией Кретова.