Книга Развод. Генерал, начинайте с нуля, страница 16 – Виолетта Весна

— Я подам письменное раскрытие и отстранюсь от его оценки.

— Можно отклонить заявку.

— На каком основании?

— Риск для конкурса.

— Это риск для нас. Он подал заявку в срок и соответствует формальным требованиям, насколько видно из реестра. Если отклоним только из-за брака, дадим другому кандидату повод спросить, какие еще личные решения мы принимаем вместо критериев.

— Тогда клиент может снять нас целиком.

— Может.

Лариса оперлась локтями о стол.

— Ты готова отдать мне весь проект?

— Да.

— Не только оценку Андрея. Весь проект: интервью, сессии, отчеты, встречи комитета. Иначе ты будешь знать его результат через общий доступ.

Два месяца я строила методику, договаривалась с Ардатовым, собирала внешних оценщиков. Гонорар по проекту составлял почти четверть осенней выручки бюро. Руководство таким контрактом было важнее денег: «ВолгаКонтур» мог дать рекомендации другим компаниям. Передать проект означало отказаться от работы, за которую я уже отвечала перед командой.

— Да, — повторила я. — Весь проект.

— Тогда я соглашусь только при двух условиях. Первое: внешний аудитор проверяет все решения по Андрею. Второе: твою часть руководительского вознаграждения перераспределяем мне и Денису. Не потому, что я хочу заработать на твоем разводе. У нас станет больше работы.

— Справедливо.

— И третье, — добавила она.

— Ты сказала два.

— Третье бесплатное. Если поймешь, что не выдерживаешь, говоришь сразу. Не открываешь систему ночью, не просишь координатора пересказать и не угадываешь баллы по выражению моего лица.

— По твоему лицу можно угадать только качество утреннего кофе.

— Сегодня кофе хороший. Значит, у тебя нет данных.

Мы составили уведомление. Я указала факт брака, поданное заявление о разводе, продолжающееся имущественное урегулирование и отсутствие предварительного разговора о вакансии. Отдельно перечислила действия после обнаружения фамилии: доступ остановлен, вложения не открывались, журнал сохранен.

Клиентский комитет собрали в три часа. В переговорной находились мы с Ларисой и юрист по договору. Ардатов, руководитель по персоналу и Чумаков подключились по видеосвязи. Операционный директор прислал письменную позицию: допускать кандидата при полном отводе Арины.

Я изложила факты и замолчала. Первым заговорил Чумаков.

— Мы обсуждаем генерала Бессонова?

— Мы обсуждаем кандидата Андрея Вадимовича Бессонова, — ответила Лариса. — Звание указано в резюме, которого мы пока не открывали.

— Я его знаю по публичной работе. Нам повезло, что он вообще подал заявку.

— Возможно, — сказал Ардатов. — Но вопрос сейчас не в качестве кандидата.

— В качестве тоже. Отклонять такого человека из-за семейной связи с подрядчиком глупо.

— Автоматически допускать по той же причине не лучше, — заметила я.

Чумаков посмотрел в камеру.

— Арина Николаевна, вы сможете быть объективной?

— Именно поэтому я не буду оценивать его.

— А бюро сможет?

— Сможет, если комитет утвердит отвод и внешний контроль. Лариса Игоревна возглавит проект. Мой доступ к кандидатским материалам будет закрыт, решения по вашему мужу проверит Денис Лапшин и еще один внешний эксперт.

— Бывшему мужу, — поправил Чумаков.

— Пока действующему. Регистрация развода назначена на седьмое ноября.

Руководитель по персоналу сделала запись.