Книга Развод на двоих не делится, страница 75 – Виолетта Весна

После разговора она написала Артему:

«Могу встретиться на час. В кафе на Тверской, где мы уже были. В 19:30».

Ответ пришел быстро:

«Спасибо».

В кафе Артем пришел раньше.

Сидел за тем же столиком у окна, где они обсуждали его предложение. Перед ним стоял кофе, почти нетронутый. Он был в темном свитере и пальто, не в костюме. Волосы чуть растрепаны. Лицо бледное, усталое.

Алина остановилась на секунду у входа.

Вот он.

Не Воронцов из статей, не муж с документами, не мужчина рядом с Кирой. Просто Артем, которому плохо.

И внутри, несмотря на все, что было, болезненно дернулось.

Он встал, когда она подошла.

— Спасибо, что приехала.

— На час, — сказала она.

Не жестко. Просто чтобы самой помнить.

— Да.

Она села.

Официантка принесла меню, Алина попросила чай. Есть не могла.

Несколько секунд они молчали.

Потом Артем сказал:

— Это Кира.

Алина подняла глаза.

Он сказал без подводки. Без “ты, наверное, видела”. Без попытки сгладить.

— Что именно?

— Утечка. Не вся, возможно, но начало — она. Передала переписку и часть внутренних файлов журналисту через знакомого. Думала, что надавит на меня.

Алина смотрела на него.

Кира вдруг перестала быть красивой молодой женщиной рядом с ним. Стала человеком, который испугался потерять место в новой жизни и ударил туда, где мог.

— Зачем?

Артем усмехнулся.

Устало, криво.

— Хотела гарантий.

— Каких?

— Публичности. Должности. Уверенности, что после развода я не оставлю ее в воздухе. Я сказал, что сейчас не время. Она решила, что я ее использую.

Алина молчала.

Фраза была такой горько нелепой, что не требовала комментария.

Кира решила, что Артем ее использует.

Может, так и было.

Может, они оба использовали друг друга: он — ее молодость, внимание и восхищение; она — его статус, деньги и обещание другой жизни.

А в центре почему-то опять стояла Алина, хотя не должна была.

— Она знала, что ты придешь ко мне? — спросила Алина.

— Сегодня? Нет.

— Я про развод. Тогда.

Артем понял.

— Да.

— И ждала.

Он закрыл глаза.

— Да.

Алина кивнула.

Эта правда уже была известна, но услышать ее вслух все равно оказалось больно. Как наступить на синяк, который почти перестал ныть.

— Ты с ней? — спросила она.

— Нет.

Ответ быстрый.

Почти жесткий.

— С сегодняшнего дня?

— С той ночи, когда я понял, что она вынесла документы.

— Не когда понял, что предал жену?

Он принял удар.

— Нет.

Честно.

Поздно, но честно.

— Сначала я был зол из-за документов. Из-за компании. Из-за того, что она поставила под удар проект, людей, отца. Потом… — Он замолчал. — Потом понял, что сам привел ее туда, где она решила, что имеет право требовать место.

Алина смотрела на чашку.

Чай еще не принесли. Перед ней лежала только салфетка, на которой кто-то до нее оставил маленькое пятно кофе.

— Почему ты позвал меня?

— Не знаю.

Она подняла глаза.

— Артем.

— Правда. Не знал, кому еще написать.

Это было так просто, что стало страшно.

Раньше он мог написать юристу, отцу, матери, партнеру, Кире, помощнику, водителю. Кому угодно. Но не ей. Ей он приносил уже готовые решения.

Теперь готового решения не было.

— Я не могу тебе помочь с этим, — сказала Алина.

— Знаю.

— Не уверена.

— Я не просить помощи позвал.

— А зачем?

Он долго молчал.

Официантка принесла чай. Поставила чашку. Спросила, не нужно ли что-то еще. Они оба ответили нет.