Книга Развод с генералом. Больше не подчиняюсь, страница 74 – Виолетта Весна

Мира внимательно посмотрела на скриншоты.

— Интересно.

— Ты думаешь, это она?

— Я думаю, что человек, который готовил подделку, либо использовал чужой стиль небрежно, либо специально оставил след в сторону Инги. Пока это не доказательство, но деталь хорошая.

— Хорошая? Мира, они делают из меня участницу схемы.

— Именно поэтому каждая их ошибка для нас хорошая.

Она говорила спокойно, но я видела, что и ее это задело. Не эмоционально, а профессионально. Как задевает аккуратного человека чужая грязная работа.

Последним файлом был скан договора с «Артемьев Консалт». Тот самый, что передала Дарья, но в другой версии. Здесь моя подпись была четче, рядом стояла отметка о согласовании попечительским советом, а внизу — резолюция: «К оплате. Е. Корецкая».

Я медленно села.

— Этой резолюции не было.

— Знаю, — сказала Мира. — У нас есть версия Дарьи и объяснение, что документы меняли. Теперь у нас есть еще и версия, которую они хотят использовать против тебя.

Ника заглянула в приемную.

— Мирослава Андреевна, вам звонит Веденин. Срочно.

Мира взяла трубку в кабинете, включила громкую связь только после короткого приветствия.

— Полковник Веденин, я с Есенией Павловной. Можете говорить.

Голос у Веденина был ровный, без лишней официальной тяжести:

— Есения Павловна, добрый день. Мне необходимо пригласить вас для дачи объяснений сегодня. Не допрос в процессуальном смысле, пока беседа по материалам проверки. Но ситуация меняется. В наш адрес поступили материалы, где вы фигурируете как лицо, согласовавшее спорные платежи.

Мира закрыла глаза на секунду.

— Материалы с флешки?

— Возможно, аналогичные. Видео из фонда, переписка, договор с резолюцией. Я предпочел предупредить вас напрямую, учитывая заявление о подделке подписи и материалы, которые передал Корецкий.

— Кто направил? — спросила Мира.

— Официально — административная группа фонда при сопроводительном письме Р. С. Тарханцева.

Я усмехнулась почти беззвучно.

Вот и все.

Тарханцев не стал ждать.

— Я приеду с адвокатом, — сказала я.

Веденин ответил без паузы:

— Это разумно. И, Есения Павловна, еще одно. Генерал Корецкий не просил меня отложить приглашение или провести беседу через него. Наоборот, отдельно указал, что все действия по вам должны оформляться напрямую и в присутствии вашего представителя.

Я молчала.

Мира посмотрела на меня.

— Спасибо за информацию, — сказала она. — Мы будем через час.

Когда звонок закончился, в кабинете стало тихо.

— Он мог попытаться закрыть это? — спросила я.

— Демьян? — Мира убрала телефон. — Мог попытаться. В старой логике точно попытался бы хотя бы выиграть время.

— Но не стал.

— Не стал.

Я должна была почувствовать облегчение. Вместо этого стало страшно. Потому что доверие возвращается не громко. Оно возвращается маленькими фактами, которые нельзя отменить злостью.

— Собираемся, — сказала Мира. — Едем к Веденину. Ника, сделайте копии всего, что на флешке, но сам носитель не трогать после первичного просмотра. Артур, нужна техническая справка: когда созданы файлы, есть ли признаки монтажа, метаданные, все, что можно быстро. Есения, ты ешь.

— Сейчас?

— Да. Объяснения на пустой желудок — плохая идея. Беременность, стресс и чужой компромат не отменяют физиологию.

Я хотела спорить, но вспомнила Демьяново сообщение: один вопрос в день. Он пока не написал. И вдруг подумала, что если мне станет плохо у Веденина, это уже будет не только моя гордость, но и еще один повод всем вокруг говорить о моей нестабильности.