Книга Развод с генералом. Больше не подчиняюсь, страница 58 – Виолетта Весна

— Я знаю.

— Нет, Демьян. Не говори «знаю», если знаешь только сейчас. Это разные вещи.

Он поднял глаза.

— Тогда скажу иначе. Я начинаю понимать. Поздно. Плохо. Но начинаю.

Я молчала.

За окном шумела машина. В соседней квартире кто-то включил воду. Чужой дом жил своей обычной жизнью, и эта обычность помогала не утонуть в нашем разговоре.

— Ты спросила, что будет защитой, а что клеткой, — сказал Демьян. — Для меня это тоже вопрос. Я умею закрывать периметр, убирать людей из зоны риска, контролировать маршруты, проверять технику, ставить задачи. Я не умею защищать человека, который говорит: «Не смей решать за меня», и при этом оставаться полезным. Но я хочу научиться. Не чтобы вернуть тебя приказом через новую форму мягкости. Чтобы не стать еще одной опасностью рядом с тобой.

Я почувствовала, как в глазах поднимаются слезы, и разозлилась на себя.

— Такие слова нельзя говорить человеку, который почти не спал.

— Почему?

— Потому что он может поверить раньше, чем проверит.

Демьян не улыбнулся. Только посмотрел на меня так, что у меня на секунду перехватило дыхание.

— Тогда проверяй.

— Я проверяю.

— Знаю.

На этот раз слово прозвучало уместно. Тихо. Без попытки закрыть разговор.

Вернулась Мира.

— Есть вариант. Рогожин предлагает квартиру в доме, где живет его сестра. Не ведомственное жилье. Камеры по подъезду, нормальный консьерж, закрытый двор. Адрес будут знать я, Рогожин, его сестра и Веденин как внешний контакт. Демьяну адрес не сообщаем. Он согласен.

Я посмотрела на Демьяна.

Он кивнул.

— Согласен.

— И не будет пытаться узнать через Рогожина?

— Рогожин мне не скажет.

— Это не ответ.

Он выдержал мой взгляд.

— Я не буду пытаться узнать.

Мира добавила:

— На всякий случай: если попытается, Рогожин сообщит мне. У нас с ним прекрасное начало сотрудничества, построенное на взаимном недоверии.

— Это вообще возможно? — спросила я.

— В нашей профессии часто.

Через сорок минут мы снова собирали вещи.

Демьян не брал сумку без спроса. Спросил:

— Можно?

Я посмотрела на дорожную сумку, потом на него.

— Можно. Но только донести до машины Миры.

— Конечно.

Он поднял сумку аккуратно, будто в ней лежали не одежда и документы, а что-то хрупкое. Я поймала себя на странной мысли: раньше он так же нес бы ее молча, даже не спрашивая, и я сочла бы это заботой. Теперь вопрос перед действием значил больше самого действия.

У подъезда нас ждал Рогожин. Пакет с угрозой уже был в отдельном прозрачном файле. Курьера установили: настоящий, из обычной службы, заказ оформлен через одноразовый аккаунт, оплачен виртуальной картой. То есть отправитель не пытался спрятаться идеально. Он хотел, чтобы мы поняли: адрес нашли быстро и легко.

— Это Тарханцев? — спросила я у Демьяна, пока Мира говорила с Рогожиным.

— Стиль похож. Но прямо я не скажу, пока не будет подтверждения.

— Раньше ты сказал бы увереннее.

— Раньше я часто путал уверенность с пользой.

Я посмотрела на него. Он не пытался понравиться. И от этого фразы работали сильнее.

— Ты изменился за два дня?

— Нет. Я просто перестал получать от тебя скидку за старые заслуги.

Я не сразу ответила.

Потому что это тоже было правдой.

Новая квартира оказалась дальше от центра, в доме с зеленым двором и маленькой пекарней на первом этаже. Сестра Рогожина, Тамара, встретила нас без лишних вопросов. Женщина лет пятидесяти, короткие темные волосы, спокойные глаза, домашний кардиган поверх строгой блузки. Она была похожа на человека, который умеет не задавать вопросов не из равнодушия, а из уважения к чужой беде.