Книга Развод в 42. Новый директор младше меня, страница 67 – Виолетта Весна

Илья не участвовал в выборе и вышел из комнаты до обсуждения цены. Оксана, Раиса и финансовый руководитель сравнили мое предложение с предложением другого консультанта. Моя цена была выше на десять процентов, зато включала знание двух потоков и не требовала повторного погружения. Комиссия выбрала «Контур» и зафиксировала обоснование в протоколе.

Так у бюро появился второй договор. Первый пришел из Кинешмы, второй — от фабрики, директором которой был Илья, но подпись под моим выбором принадлежала комиссии.

Я направила Ларисе официальный отказ от участия в отборе. Поблагодарила за предложение и объяснила, что выбираю собственную практику, поскольку имею два подписанных договора и финансовый резерв. Не писала, что остаюсь ради мужчины. Если бы отношения с Ильей не восстановились, решение о бюро все равно оставалось бы жизнеспособным.

Лариса ответила: «Понимаю. Предложение закрываю. Для будущих проектов ваши контакты сохраняю с вашего согласия».

Я дала согласие на профессиональные обращения. Мост в Москву не требовалось сжигать, чтобы доказать любовь к Иванову.

Перед отправкой отказа мы с Марией еще раз проверили деньги. Аванс первого клиента, будущий платеж «Точной линии» и мой личный резерв покрывали шесть месяцев расходов бюро даже без третьего заказа. В расчет входили аренда, налоги, поездки, связь, оборудование и оплата внешнего эксперта. Собственную зарплату я не выдавала за прибыль: заложила сумму, на которую могла жить без обращения к Илье.

— Москва все равно дает больше, — сказала Мария.

— Да.

— Тогда ты выбираешь не самый доходный вариант.

— Выбираю вариант с приемлемым доходом и работой, которую хочу строить. Если через полгода клиентов не будет, пересмотрю.

— Хорошо. Только не называй пересмотр поражением.

Я внесла контрольную дату в декабрь. Собственное бюро не становилось клятвой на всю жизнь. Это был профессиональный выбор с запасом денег, сроком проверки и правом изменить решение позже.

Вечером мы встретились с Ильей в небольшом сквере возле будущего офиса. Место выбрала я: публичное, спокойное и никак не связанное с фабрикой. Он пришел без цветов и подарков. Я просила разговор, а не красивый жест.

— Поздравляю с «Контуром», — сказал он.

— Спасибо. Сегодня подписали второй договор.

— Мне сообщили только итог комиссии и необходимость обеспечить доступ в даты аудита. В обсуждении я не участвовал.

— Знаю. Протокол у меня есть.

Мы сели на скамью. Рядом подростки катались на роликах, пожилой мужчина выгуливал таксу. Обычный городской вечер не помогал словам и не мешал им.

— Я хочу начать с рекомендации, — сказал Илья. — Я сделал то, о чем мы отдельно договорились не делать. Решил, что Москва для вас безопаснее, и сообщил этот вывод человеку, который мог превратить его в действие. Мое намерение убрать собственное влияние не меняет того, что я говорил от вашего имени.

— Да.

— Я не буду обещать, что больше никогда не решу слишком быстро. Это моя рабочая привычка, иногда необходимая. Но в вопросах вашей карьеры, жилья, поездок и наших отношений у меня нет полномочий. Если вижу риск, сначала спрашиваю, хотите ли вы мое мнение. Если ответ нет, оставляю решение вам.

— Что вы хотите сейчас?

— Возобновить отношения. Не вернуться к той ночи как к месту, где все было хорошо, а начать после проекта. Я хочу быть с вами, встречаться, планировать время и понять, можем ли мы жить вместе. Не прошу отказаться от поездок, клиентов или отдельного дохода.