Книга Развод в 43. Отель для бывших жен, страница 66 – Виолетта Весна

Марина принесла проект страницы под названием «Отель для бывших жен». Я раньше отвергала эту фразу как чужой заголовок. После публикации она уже существовала независимо от моего согласия.

— Что именно продаем? — спросила я.

— Четырнадцать дней, проживание, рабочее место, встречи со специалистами и новая жизнь.

— Новую жизнь вычеркиваем. Мы не можем ее оказать.

— Тогда никто не нажмет кнопку.

— Нажмут те, кому нужен понятный результат. Составьте услуги, нагрузку, отдельные договоры и минимальную группу. Обычные номера из продажи не снимаем.

— Название оставляем?

Я посмотрела на цифры октября.

— Рабочее название — «Вторая глава». Фразу про бывших жен можно использовать в описании, если сразу объясняем, что отель открыт для всех. Не обещаем исцеление, любовь или победу над мужем.

Марина записала ограничения.

На следующий день мы собрали проектную встречу. Надежда подключилась из Нижнего Новгорода, психолог Ольга Миронова — из собственного кабинета, юрист по семейным делам приехала в отель. Я начала с условий: каждая консультация заключается и оплачивается отдельно, специалист хранит свои записи сам, отказ не влияет на проживание. Общими оставались только две практические встречи — карьера и личный финансовый план без разбора судебных дел.

— Если женщина приезжает в кризисе, ей нужен психолог сразу, — сказала Марина.

— Тогда она выбирает консультацию при бронировании или обращается к специалисту позже, — ответила Ольга. — Обязательная сессия не становится помощью только потому, что включена в пакет.

Юрист отказалась от группового разбора документов.

— На общей встрече могу объяснить, как подготовить вопросы и какие данные не отправлять незнакомым людям. Конкретный развод — только индивидуально и после договора.

Надежда предложила четыре занятия за четырнадцать дней: инвентаризация навыков, резюме, собеседование, план поиска. Ее гонорар увеличивал стоимость программы на участницу примерно на девять тысяч при группе из восьми.

Лидия посчитала четырнадцать завтраков и два общих ужина. Остальные приемы пищи гости выбирали сами. Она отказалась держать кухню открытой после девяти для «эмоциональных разговоров».

— Люди могут разговаривать в зале, — сказала она. — Сотрудники не обязаны ждать, когда закончится чужая откровенность.

Мы заложили тишину после десяти, доступ к рабочему месту, прачечную по тарифу и одну экскурсию от внешнего оператора. Из описания исчезли «перезагрузка», «исцеление» и «новая версия себя». Остались услуги, время и право отказаться.

Предварительная цена проживания и общих встреч получилась сто четырнадцать тысяч за четырнадцать ночей в одноместном номере. Это было дороже обычного низкого тарифа, потому что включало работу специалистов и зал, но дешевле той же суммы отдельных услуг. Минимальная группа — шесть, плановая — восемь. При пяти запуск отменялся с полным возвратом или переносом по выбору гостя.

— После статьи люди решат, что мы наживаемся, — сказала Марина.

— Тогда покажем состав цены. Скрывать маржу не будем, но и оправдываться за оплаченный труд тоже.

Обычные гости сохраняли десять номеров из восемнадцати. Программа занимала не весь отель и не меняла правила для остальных. Первый заезд мы поставили на шестое июля, хотя до него оставалось мало времени: семь заявок из прежней формы уже подтвердили интерес. Оплату открывали только после публикации договора и окончательной программы.