Книга Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской 2, страница 16 – Елизавета Соболянская, Юлия Ляпина

Девочки восторженно присели в книксенах, а герцогиня Ольденбургская сдержанно похлопала в ладоши:

— Мадемуазель Пешкова, скажите, такое занятие будет проведено для младших воспитанниц?

— Конечно, ваша светлость, — заверила ее Александра, — как только мы получим очередную партию ножей.

— Я бы хотела, чтобы на нем присутствовали мои дочери.

Александра молча присела в реверансе.

Не смотря на то, что герцогиня признала уроки с оружием допустимыми, госпожа Снипперс осталась на своем месте.

Саша где-то понимала логику ее светлости — слишком шуструю молодую директрису следовало сдерживать, и вообще присматривать за делами школы неофициально, но раздражала ее эта особа неимоверно!

Между тем девочки постепенно становились слаженным коллективом. Помогали друг другу, когда требовалось что-то закончить, чтобы скорее всем идти отдыхать или купаться, подсказывали, тренировались или повторяли уроки в свободные часы, чтобы закончить быстрее и поехать на телегах в ближайший финский городок на ярмарку.

Некоторые классные дамы и преподаватели осуждали «все эти вольности», но Александра не желала делать из девочек затворниц, боящихся мостовой или кареты.

Ей не нравилось, что слово «институтка» превратилось в обществе в нарицательное. «Кисейные барышни» — нежные, нервные, чувствительные, истеричные. Всегда на срыве, почти всегда жертвы — не так она представляла то, что хотела выковать из этих детей. Счастье, что Терезия Борисовна это поняла и не препятствовала.

В самую последнюю неделю августа на дачу прибыл подарочек от генерала Бенкендорфа — индивидуальный (и очень дорогой) комплект из сбруи, дамского седла, арбалета, шпаги и пары пистолетов. Все выполнено «под руку» Александры, с ее фамильным гербом.

Девушка не поверила своим глазам, но когда взяла в руки подсумок с вышивкой в голове сам собой всплыл текст: «Герб семьи Пешковых — Щит разделен на четыре части. В первой и четвертой червленых частях золотой трилистный крест над серебряным полумесяцем вверх. Во второй и третьей золотых частях скачущий вправо через три зеленых холма черный конь с червлеными глазами и языком. Щит увенчан дворянским коронованным шлемом. Нашлемник: два черных орлиных крыла, на каждом по золотой горящей гранате. Между крыльями вертикально серебряный с золотой рукояткой меч острием вверх. Намет: справа червленый с золотом, слева черный с золотом. »

— Генерал просил доставить это мадемуазель Александре Николаевне Пешковой! — сказал курьер, — и дополнил подарок письмом!

Саша взяла тяжелый конверт, нервным движением сломала печать, вчиталась: «Мадемуазель Пешкова, позвольте вручить вам подарок по случаю помолвки с моим подчиненным прапорщиком Медведевым. Как его непосредственный начальник я одобряю его желание остепениться, и обзавестись семьей. Смею добавить, что по моему мнению прапорщик не мог выбрать для брачного союза лучшей кандидатуры. За сим с пожеланиями благополучия генерал от кавалерии граф Бенкендорф А. Х.»

Александра тяжело вздохнула, спрятала письмо в карман, и посмотрела на стоящего чуть в стороне Медведева.

Тот слегка развел руками — мол я тут не причем. Уведомил начальство, как положено, разрешение на помолвку от покровителей будущей супруги получил.

Да-да, Петр Георгиевич сам приезжал, чтобы увериться, что столь перспективная особа не собирается немедля бросать школу. Он даже несколько раз уточнил, действительно ли Александра собирается тянуть помолвку целый год, и не рвется собирать приданое, о котором герцог тоже упомянул.