Книга Месть и любовь травницы, страница 125 – Эмма Серсанд

Однажды утром Сяо Мэй вбежала в комнату с криком:

— Госпожа! Едут!

Глава 61

Я выбежала за ворота, едва успев накинуть на плечи лёгкую накидку.

Сердце колотилось где-то в горле, из-за поворота дороги показались всадники, поднимая пыль. Стук копыт — сначала тихий, становился всё громче.

Сяо Мэй стояла рядом и пританцовывала от нетерпения.

Юнь вышла следом и молча встала у двери, глядя вдаль.

Отец ехал впереди отряда, я видела, как он устал — плечи опущены, лицо покрыто дорожной пылью, за ним, чуть позади, ехал Цзинлэй.

Когда они подъехали к воротам, я бросилась к отцу, он спрыгнул с коня и обнял меня, прижимая к груди.

— Дочь, я вернулся.

— Отец, — я прижалась к нему, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Я так ждала!

Он отстранился, заглянул мне в лицо и улыбнулся, но улыбка вышла какой-то тревожной.

— Получил твоё письмо уже в пути, мы говорили об этом по дороге. — Он кивнул в сторону Цзинлэя, который уже спешился и подходил к нам.

Он тоже выглядел уставшим, с заросшим лицом и в дорожной пыли, но его глаза, смотревшие на меня, сияли так, что мне стало неловко перед слугами.

— Всё в порядке?

— Я в порядке, — сдавлено выдохнула я, — Теперь, когда вы вернулись.

Отец положил руку мне на плечо.

— Пойдём внутрь, нам нужно поговорить.

Мы вошли в дом, отец тяжело опустился на лавку в главном зале, Цзинлэй сел рядом, они переглянулись.

— Расскажи мне о том, что произошло с родом Чо, — сказал отец. — Я хочу услышать всё с самого начала.

Я рассказала ему о визите управляющего, о его словах. Отец слушал молча, и я видела, как его лицо становится жёстче.

— Это правда, отец? — спросила я. — Ты действительно заключил эту помолвку?

— Да. Род Чо был сильным и влиятельным союзником, я думал, что это обеспечит нам надежное будущее. Но потом меня обвинили, ты... была мертва для всех, а меня сослали на каторгу.

Он замолчал, сжимая руки в кулаки.

— Они не помогли мне, отвернулись сразу же, как услышали об обвинениях, — с горечью сказал отец. — Я надеялся на их заступничество перед императором, это влиятельный род, их слово имеет вес при дворе, но оно не было сказано, а теперь, — он усмехнулся, — они вспомнил о той помолвке?

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается гнев.

— А теперь они пришли, потому что ты вернулся и стал снова сильным, — возмутилась я.

Отец задумчиво покачал головой.

— Мое положение все еще довольно шатко, мне не нравится их поспешность и то, что они так решительно снова хотят породниться… Я скорее поверю, что они хотят получить контроль надо мной, — сказал отец. — Ты — единственный законный ребёнок генерала. Если они смогут женить своего сына на тебе, они получат влияние на твоего отца, а вот зачем им это нужно…

— Если бы они хотели отдать младшего сына в дом генерала, можно было бы говорить о том, что они хотят, чтобы он унаследовал его должность и войска, но они хотят забрать тебя к себе…

Отец нахмурился и посмотрел на Цзинлэя.

— Я тоже думаю, что раз так – дело не в войске, а в прошлом. Мои враги в столице до сих пор живы, они могут использовать род Чо против меня. Я надеюсь на это… надеюсь, что род Чо — лишь пешка в их игре и не имеет отношения к тем лживым обвинениям, от которых мы так пострадали.

Я слушала, а внутри нарастала тревога.