Книга Неприятности по обмену, или Магическая интеграция, страница 31 – Екатерина Богданова

— Хорошо, на отдельный коврик я тебя пока не пущу, попробуй тут, — кивнула Мелисса. — Но если вдруг закружится голова, или почувствуешь тошноту, сразу же скажи мне об этом.

— Хорошо, — кивнула я, устраиваясь поудобнее.

Скрестить ноги, как некоторые из моих одногруппников, у меня вышло не сразу. Да и не сразу тоже не очень вышло, если быть честной, но я понадеялась, что получилось похоже. Положила ладони на колени и закрыла глаза. Посидела так пару минут, но никаких изменений не почувствовала.

— Ты слишком стараешься, — прошептала профессор Мартис. — Расслабься, подумай о чём-нибудь приятном.

Так, приятное. О чём бы таком подумать? Успехи в учёбе, планы на день рождения, Дерек, моя стажировка… Нет, не то. Тихий вечер дома после удачной сдачи сложного зачёта, настольные игры с папой, мамин пирог с апельсинами… Будто наяву почувствовала запах пирога…

— У тебя получается, — подбодрила меня Мелисса. — Продолжай.

Мороженное, свежий ветерок с пляжа в жару, удивительное представление, которое месяц назад устроили маги на центральной площади Прайна, первая встреча с ректором Алистером…

Резкая боль пронзила голову, будто в центр лба вонзили раскалённый прут! Я закричала и, прижав руки ко лбу, повалилась набок.

— Рина! — воскликнула преподавательница, схватив меня за плечи и пытаясь вернуть в сидячее положение.

— Больно, — провыла я, продолжая прижимать руки ко лбу.

Ладони начало жечь, но я их не убрала. Не знаю, как это выглядело со стороны, но мне казалось, что прямо по центру моего многострадального лба разгорается настоящий костёр! И мне было страшно не меньше, чем больно, потому что если это проявление того самого третьего глаза, то меня могут запереть неизвестно где на всю оставшуюся жизнь!

Вокруг послышались голоса, шепотки и возгласы. Видимо, своим криком я потревожила одногруппников, вырвав их из медитативного состояния.

— Тренинг закончен! — крикнула Мелисса, поглаживая меня по взмокшей спине. — Убрать воду и свечи, и всем разойтись. Быстро!

Все притихли, вокруг раздавались только редкие шепотки и шорох шагов. Прислушиваясь к этому шороху, я немного отвлеклась от жгучей боли, и она начала стихать.

— Рина, хорошая моя, — шептала Мартис, продолжая гладить меня по спине. — Успокойся, выдохни, постарайся расслабиться и медленно открой глаза.

— Не могу, — прохрипела я, продолжая прикрывать лоб, хотя жар в нём уже почти сошёл на нет.

И тут с резким стуком распахнулась дверь. Я вздрогнула от этого звука, но глаза так и не открыла.

— Рина! — послышался встревоженный возглас ректора Алистера.

— Я не знаю, что случилось, — оправдываясь залепетала профессор Мартис. — У меня никогда такого не было. Может это индивидуальная реакция эрканассцев…

— Уведите меня отсюда, — хрипло попросила я ректора, с трудом сев, но продолжая жмуриться и прикрывать лоб ладонью.

— Право, такого не должно было произойти, — продолжала оправдываться Мелисса. — Я всё делала по выверенной схеме…

— Бертон освобождается от ваших занятий до дальнейших распоряжений, — отрезал ректор, подхватив меня на руки.

— Да-да, конечно, как скажете! — воскликнула преподавательница.

А Алистер уже спешно уносил меня из зала для медитаций. Ну вот, я же так и думала — медитации не моё!

— Потерпи немного, — прошептал Алистер, судя по всему сбегая по лестнице.