Книга Академия Хроноса, страница 96 – Екатерина Богданова

— Свитки? — усмехнулась кикимора, остановившись и устало привалившись к стене. — Юна, в дворцовом тайном архиве нет бумаг. Там кристаллы памяти. Я с ними раньше не сталкивалась, но говорят — они довольно просты в обращении. Достаточно поделиться капелькой своей крови — и кристалл откроет тебе хранящуюся в нем информацию, спроецировав ее прямо в память. В общем, на месте разберемся.

Последнюю фразу Кико произнесла не так уверенно, как мне хотелось бы, но отступать было уже поздно, и мы продолжили подъем.

— Лихо ты справилась с охраной, — похвалила подруга, когда мы во второй раз остановились перевести дыхание.

— Не без твоей помощи, — ответила я, утомленно присаживаясь на выщербленный камень ступеней. — Только, пожалуйста, не делай больше так. Все могло бы закончиться очередной катастрофой, и не без жертв.

— Да брось! — отмахнулась кикимора. — Ты бы не допустила, чтобы кто-то пострадал.

— И именно поэтому сегодня в академическом лазарете переполнены все палаты, — язвительно ответила я.

— Сами виноваты, — невозмутимо возразила Кико. — Нас всех еще в начальной школе учат правилам поведения во время неестественных климатических проявлений.

— Что-то я не помню, чтобы читала учебник по такой дисциплине, — недоверчиво проговорила я.

— Учебников по тому, как дышать, спать и есть, тоже нет, — возразила девушка, — но нас же этому учат. Тренировки по выживанию в природных катаклизмах проводят факультативно.

— А здесь разве бывают катаклизмы? — спросила я, усиленно стараясь припомнить хоть одно упоминание о буйстве природы в учебниках.

— Естественных — не бывает, а вот когда драконы начинают делить небо или эльфы — леса, то всякое может случиться, — задумчиво произнесла кикимора. — Хватит тратить время, пошли дальше, — добавила она бодрым голосом, вновь хватая меня за руку и вставая.

Мне оставалось только последовать за подругой, удивляясь тому, как она с такой легкостью находит мою руку в полной мгле.

К тому моменту, когда мы добрались до молочно-белой, словно высеченной из мрамора и светящейся изнутри двери, у меня не было сил даже чтобы восхищаться красотой узора, выгравированного на ней. Желание же узнать что-либо о своем происхождении сменилось стойким ощущением, что мы не выберемся из этой башни.

— Должно быть, сюда очень редко заглядывают, — прохрипела я едва слышно.

В горле пересохло и першило от жажды, в боку кололо, а в висках стучали неустанные молоточки. Я отнюдь не была неженкой и в услужении у господина Прожирани порой трудилась с рассвета до захода солнца, без перерыва даже на обед. Но эта лестница вымотала меня так, как не выматывала самая тяжелая работа.

— Какая красота, — протянула Кико, совершенно не обращая внимания на мое нытье.

Она осторожно, словно боясь повредить, прикасалась кончиками пальцев к завиткам узора, всматривалась в озаряющую ее лицо мертвенно белым светом поверхность и повторяла как завороженная: «Какая красота».

— Кико, — позвала я подругу, но она не ответила, продолжая водить кончиками пальцев по завиткам.

— Ты же сама говорила, что у нас мало времени, — проворчала я, встав с пола и отряхнув одежду.

Кикимора по-прежнему не реагировала на мои слова и, казалось, вообще забыла о моем существовании.

«А вот и очередное препятствие», — обреченно подумала я. Никакие уговоры не смогли оторвать подругу от восхищения явно зачарованной дверью. Нечто подобное стояло на двери рабочего кабинета господина Прожирани. Вот только от того заклинания пробирала дрожь и хотелось отойти от двери подальше. Здесь же было наоборот: дверь не отпугивала, а притягивала, завораживала и не позволяла вторгшемуся в запретную зону отступить, сбежать в последний момент.