Книга Академия Хроноса, страница 59 – Екатерина Богданова

— Вот теперь он точно не навредит ни себе, ни другим, — проверяя прочность крепких бинтов, стягивавших щиколотки и запястья больного, удовлетворенно кивнула нара.

В дверь приемной постучали, и мы поспешили встречать менталиста.

— Куда положить? — спросил один из оборотней, указывая на спеленатого по рукам и ногам молодого человека.

— Это что? — вопросила нара лекарь.

— Как что? Вы просили менталиста, вот он, — невозмутимо ответил оборотень.

Несчастный менталист мычал, пытаясь выплюнуть кляп, и смотрел на нас широко открытыми глазами.

— Немедленно развяжите! — прикрикнула Болтиньяк.

Оборотни не шелохнулись, глядя на меня.

— Развяжите его, пожалуйста, — смущенно попросила я.

Оборотни тут же выполнили мою просьбу и отступили к двери в ожидании дальнейших распоряжений.

— Идемте, милейший, я объясню вам суть вопроса, — ласково обратилась к освобожденному лекарь. — А ты, детка, выпроводи отсюда посторонних, — добавила она, обернувшись у двери в палату.

Но выпроводить оборотней я не успела, в лазарет вошел Громиро и смерил меня гневным взглядом.

— Быстро же ты распробовала вкус власти. Уже и приказы раздаешь, — язвительно проговорил он.

— Ты ошибаешься! — воскликнула я обиженно. — Я только попросила, потому что ситуация сложная. Под угрозой жизнь человека.

— Банальное оправдание. Большинство злоупотребляющих властью именно им и прикрываются, — ядовито усмехнулся Рэндом.

— Юнила, иди сюда! — позвала из палаты нара Болтиньяк. — Касино любезно согласился провести слияние тебя и нашего несчастного мальчика!

Громиро удивленно приподнял брови и уставился на меня еще более пренебрежительно.

— Поражает скорость, с которой наша обстановка растлевает былых невольниц, — произнес он. — Или дело не в обстановке и невольница уже была развращена?

В его голосе было столько отвращения, что я, сама от себя такого не ожидая, влепила пощечину Рэну, чтобы стереть с его лица брезгливое выражение.

В дополнение к этому стоящие у двери оборотни зарычали на него, демонстрируя удлинившиеся клыки.

Рэндом медленно повернулся к ним. Хватило только одного взгляда, чтобы оборотни спрятали клыки и умолкли. Он так же медленно вновь повернулся ко мне и совсем тихо, так что мне пришлось прислушаться, чтобы понять, проговорил:

— Зря ты это сделала. Я бы, может, и постарался перебороть себя, но теперь не стану. Теперь ты дичь, а я вышел на охоту.

Громиро развернулся и ушел, предварительно вытолкав своих сородичей за дверь и произнеся, указав на таз с грязными бинтами, стоящий у двери:

— Сожги. Оборотни не властны над притяжением твоей крови, но им тоже нужно есть и спать.

— Юнила, ну где же ты? — еще раз позвала нара Болтиньяк, и я поспешила в палату.

Менталист, которого принесли оборотни, оказался одним из тех, кого Кико относила к синей зоне. Молодой человек говорил и вел себя так, словно все вокруг неисправимые глупцы и только он знает, что делать.

— Я, конечно, мог бы выполнить ваши требования, — вещал он, — но считаю своим долгом предупредить о возможных рисках и необратимых последствиях, вплоть до гибели сознания как пациента, так и реципиента.

— Так ты сделаешь это или нет? — спросила напрямую нара лекарь.

— Безусловно, моя квалификация позволяет мне провести данную процедуру. Однако я не берусь утверждать со стопроцентной уверенностью, что результат будет положительным, — монотонно говорил менталист.