Книга Ведьмины приключения, или Как Сита охотилась на директора, страница 67 – Екатерина Богданова

— А я все слышу-у-у, — Лиза заглянула в директорскую спальню и поведала раздосадованным голосом: — Он меня только в щечку чмокнул.

— Всему свое время, — рассмеялась я. — Давай уже спать, у меня завтра сложный день.

— Ах да, что там у тебя с водяным-то получилось? — оживилась подружка.

— Все завтра, уже времени много, — проворчала я, устраиваясь поудобнее и обнимая вторую подушку. Она так приятно пахла Ромочкой, что у меня даже голова закружилась.

— Извращенка, — взвизгнула Лизавета, наверно, подсмотрев мои мысли, и убежала, хлопнув дверью.

А я всего-то вспомнила, как мы тут с Ромой… и клубникой зажигали. Запах клубники, кстати, тоже присутствовал.

* * *

Утро встретило уже совсем даже и не утренним, а полуденным солнцем. Но я придерживаюсь мнения — когда проснулась, тогда и утро. Так что его, в смысле, утра, да еще и добрейшего, и пожелала Лизавете, когда выползла из комнаты на водные процедуры. Осколки от дверцы душевой уже убрали, а вот саму дверцу не отремонтировали, так что пришлось набирать ванну. Получилось пенно, ароматно и вполне пригодно для дальнейшего досыпания. Чем я и занялась: устроилась поудобнее, включила плеер и уснула.

Проснулась от навязчивого бульканья под ухом. Булькала, конечно же, вода. Вот только здесь не джакузи, а вода все равно булькает! Мне такое аномальное поведение водички не понравилась, а потому решила сворачивать гигиенические процедуры. Встала, потянулась за полотенцем… и провалилась под воду! Закрутило меня знатно, но уже через несколько секунд выплюнуло на сушу. И вот стою я на берегу небольшого заболоченного озерца, голая, с мокрым полотенцем в руках, успела-таки схватить, прежде чем смыло, и злая как ведьма! А почему, собственно, как? Я и есть злая ведьма! От возмущения сама не знаю каким образом, но без труда высушила полотенце и сразу же завернулась в него. Посмотрела на свои волосенки — так и есть, опять стала рыжая, как морковка! Ну все, встречу того, кто мне эту экскурсию на природу устроил и тоже устрою ему… экскурсию в реанимацию, так сказать, с погружением.

А виновник нашелся сам.

— Доброго денечка, девонька, — приторно доброжелательно проговорил водяной, выглядывая из ивняка в паре метров от меня.

— Ой, дядька Лучко, вам, никак, жизнь-то ваша мокрая надоела? — ласково улыбаясь, поинтересовалась злая рыжая я. А потом брови сдвинула, руки на груди сложила и как рявкну: — Ты что, скотина мокрорылая, совсем страх потерял? Я тебе не одна из твоих чешуйчатопопых девах, чтобы меня за хвост по собственной прихоти, когда угодно, из ванны выдергивать!

Водяной выпучил свои водянистые глазюки и так радостно начал скалиться, что я заподозрила дядечку в слабоумии. Но следующая его реплика убедила меня в том, что дядька Лучко не слабоумный, он суицидник!

— Да ты не булькай, убогая. Я ж для тебя стараюси. Вот сейчас с девоньками моими пообсудим дела и ступай к источнику, там и от грязи своей черной отмоешьси и судьбу, глядишь, устроишь, — заявил зеленушный доходяга, глядя на меня с просто-таки царским превосходством.

— Это кто убогая? Это я убогая? — уперла кулаки в бока и, наклоняясь к Лучко, прошипела: — Тебе жить что ли надоело, сморчок болотный? И где ты на мне грязь-то углядел? Я, вообще-то, только из ванной.