Книга Поймать ускользающую. Неуловимая попаданка для Мастера, страница 86 – Екатерина Богданова

Единственной, кому я мог доверять, была Кэр, моя верная ученица, ставшая со временем близким другом. Только она могла понять меня и помочь, скрывая ото всех реальное положение дел. Когда Эль пропала, именно Кэр догадалась, что не стоит поднимать шумиху. Она успокоила детей и придумала для них удобоваримую сказочку о том, что я забрал новую постоялицу к себе, чтобы как можно быстрее натренировать для предстоящих соревнований. Никто и не заметил, что только появившаяся девушка пропала. Никто, кроме меня.

Я же, ощутив, как рвётся только начавшая устанавливаться между нами связь, едва не сошёл с ума от тревоги. Спасло только непонятно откуда взявшееся ощущение — она жива. Чудом удалось пережить первые сутки, а потом я почувствовал её и позвал. Не описать ликование, когда Эль откликнулась. Каким-то непостижимым образом, даже уничтожив браслет, Эссирот не смог разорвать нашу связь окончательно. И с каждым днём она всё больше крепла.

А когда Эль рассказала о рунах, как-то сохранившихся и перешедших с браслета на её кожу, я заметил, что и на моём запястье вновь начинают проступать знаки. Этот мир настолько крепко связал наши жизни, что даже гению Эссироту не удалось разрушить эту связь. И теперь спасти Эль стало не просто моей личной жизненной необходимостью, а первостепенной задачей, не только ради неё или меня, а ради чего-то явно большего. Потому что Эссирот никогда ничего не делает просто так. Если ему удастся осуществить задуманное, может случиться что-то ещё более страшное, нежели раскол мира на свет и тьму и появление новой магии.

Прошлый эксперимент этого безумца разделил неразделимое, вверг мир в долгую войну и лишь чудом подарил оружие для борьбы с последствиями — магию скольжения. Непосвящённые считали, что раскол произошёл сам собой, из-за того, что мир переполнился полутонами, когда добро и зло, свет и тьма стали неразличимы. И только немногим было известно — причиной всему является эксперимент одного зарвавшегося мага, решившего, что он может безнаказанно пересечь грань дозволенного самой природой.

Результатом этого эксперимента стал прорыв пространства, из-за которого наш мир буквально раскололся надвое. Там, где раньше были обычные города, появились «светлые» зоны, в которых жизнь текла почти неизменно, и «тёмные», в которые стягивались все, у кого этой самой тьмы было больше, чем света. Те, кто раньше мог сделать выбор между добром и злом, лишились этой возможности. Не стало полутонов и обратного пути, пропала сама идея выбора или исправления ошибок. Оступившись единожды, человек навечно погрязал во тьме и уже не хотел её покидать.

На первых порах это привело к многочисленным войнам с теми, кого захлестнула и изменила первая волна тьмы. С годами мы научились жить в этом расколотом мире, подавили волнения и лишь иногда вспыхивали новые войны, когда «тёмных» становилось слишком много и они стремились расширить свои территории.

В каждом городе появилось некое подобие зоны отчуждения, куда стекались те, кто проигрывал тьме во внутренней борьбе. В нашем городе это был Гнилой квартал — пристанище всех неугодных, отверженных и оступившихся. Вынужденная мера, вынужденное соседство. Ведь неизвестно, когда ты или кто-то из твоих знакомых проиграет самому себе, и тогда будет только один путь — в Гнилой квартал.