Книга Поймать ускользающую. Неуловимая попаданка для Мастера, страница 32 – Екатерина Богданова

— Ты справишься, — заверил её Мастер в ответ. — К тому же на ней мой браслет, — со значением добавил он.

— Это да, тут не поспоришь, — кивнула профессор Дэнтли, покосившись на широкий чёрный обруч на моём запястье. — Значит, будем работать! — потёрла она руками с явным предвкушением.

— Даже не сомневался в тебе, — усмехнулся Мастер.

— Ты задержишься? — как-то тоскливо посмотрела на него профессор.

— Я бы и рад, но, — быстрый взгляд на часы, что висели на стене за спиной Кэр, — через час я должен быть в Ктарисском посольстве. И там работы ещё дня на четыре.

— Удачи. И не переживай, мы с Эль обязательно подружимся, — улыбнулась мне профессор Дэнтли.

— Тебе не дружить, а учить нужно, — с укором в голосе, но покровительственной улыбкой покачал головой Мастер.

— Одно другому не мешает! — всё так же глядя на меня и мне же подмигнув, заявила профессор. — Ну всё, выметайся! У тебя переговоры, у меня студенты. Дела, дела. А вот когда вернёшься, мы обязательно смотаемся в тот ресторанчик на окраине Эжжинарии. М-м-м, как же я скучаю по их мороженому. И Эль с собой возьмём.

И тут Мастер перестал улыбаться, бросил на меня короткий непонятный взгляд и сухо произнёс:

— Это лишнее.

— Да ладно, — закатив глаза, отмахнулась профессор Кэр.

— Работайте, — отрезал Мастер и вышел… осторожно прикрыв за собой дверь.

Мне, почему-то, показалось, что он с трудом удержался, чтобы не хлопнуть ею изо всех сил. М-да, всё страннее и страннее.

— Ну что, давай знакомиться, — воодушевлённо вскочила из-за стола профессор Дэнтли, когда мы остались одни. — В неформальной обстановке можешь называть меня Кэр. Но только когда мы наедине. На занятиях я профессор Дэнтли, имидж поддерживать нужно, сама понимаешь.

Я кивнула, хотя, если честно, не очень понимала. С чего мне даже в неформальной обстановке её по имени называть? В моём представлении это было как минимум странно. Она преподаватель, я ученица. О каком панибратстве может идти речь? Но здесь, видимо, было так принято, потому что профессор Дэнтли беспечно махнула рукой и заявила:

— А, привыкнешь со временем.

Молча продолжила смотреть на неё, такую миниатюрную, улыбчивую, приветливую и… рыжую. Ну, чисто солнышко! Светлая, позитивная, будто весь мир любящая уже только за одно то, что он в принципе существует. Сколько же добра должно быть в одном человеке, чтобы он мог вот так сиять изнутри? Явно больше, чем я могу себе представить.

Не то, чтобы я была злюкой, но вот так излучать позитив у меня и в лучшем настроении не получилось бы. Для этого нужно быть слишком открытой, доверчивой, беззащитной. Но, как оказалось, профессор Кэр Дэнтли весьма разносторонняя личность. Прекратив поливать меня позитивом, она вдруг выскочила из-за стола, засуетилась, схватила с полки пару книг, бросила их на диван рядом со мной, взглянула с прищуром и выдала неожиданное:

— Чтобы хотя бы одну прочитала полностью к моему возвращению. И не просто пролистать, а прочитать внимательно и, по возможности, вникнуть. Приду, спрошу. Туалет там, — взмах рукой на неприметную дверь в углу, — перекусить в том шкафчике, — указующий жест на узкий высокий шкаф с дверцами из матового стекла. — А я работать. Дверь запру, даже не пытайся выйти.

И она убежала, вновь улыбаясь всему миру. И вот как у неё так получается? Ну, сама доброта же! А в следующее мгновение превращается в суровую придирчивую преподшу и… без перехода, щёлк — опять улыбка, да такая, что не улыбнуться в ответ очень сложно.