Книга Рассвет королевы демонов, страница 100 – Вероника Фокс

Улочка сужается, а звуки празднующей толпы становятся едва различимыми. Из-за забора вылетает рваный мяч и ударяется о мою ногу. Следом за ним трусцой выбегает девочка лет пяти. Ее лицо покрыто грязью, темные волосы собраны в растрепанный хвост, одежда рваная и кажется ношенной не первым поколением. У девочки разные глаза: один глаз темный, а второй… полностью белый. Такой же я видела у Шамана Ваакиля. На ногах красуются сандалии, а детские ноги испачканы в песке. Она останавливается и с изумлением смотрит на меня.

— Ой. – Детский голос кажется мне растерянным. – Простите.

Я выдаю едва заметную улыбку и, присев на корточки, беру мяч в руки.

— Любишь играть в мяч?

— Угу, – качает головой девочка и опускает глаза вниз. Мне кажется, что я ее засмущала, поэтому сразу же спрашиваю:

— А где твои друзья?

Девочка, не поднимая глаз, убирает улыбку с лица.

— У меня нет друзей, – едва слышно говорит она. – Со мной никто не дружит.

Ее слова пронзают болью мое сердце. Я сглатываю слюну и тяну машинально руку, чтобы поправить выбившуюся прядь из ее и так растрепанной прически.

— Почему? – практически шепотом спрашиваю я.

Как только я касаюсь ее волос, чувствую, как девочка дрожит. Ей страшно, и это видно невооруженным глазом, однако она всеми силами пытается показать, что это не так.

— Меня все называют чудовищем, – с грустью в голосе говорит она. – Никто не хочет дружить со мной, потому что у меня магия лавы.

— И разве это плохо? – Убираю руку от ее лица и жду, когда девочка поднимет глаза.

— Да…

— У меня тоже нет друзей, – неожиданно для себя выдаю я.

— Правда? – Девочка поднимает свои глаза, которые наполнены слезами. Я даже не заметила, как своими вопросами заставила расстроиться этого ребенка. Даже не подумала о том, что такой простой вопрос может ранить в самое сердце такое хрупкое создание.

— Правда. – Улыбаюсь и беру мяч в руки. Вижу, что мяч давно сдулся и потерял свою форму. Он пыльный и грязный, но… девочка с такой любовью смотрит на эту вещь, что я понимаю: по всей видимости – эта игрушка единственная, которая у нее есть.

— У меня были друзья, но жизнь расставила все на свои места, и теперь у меня их нет…

— Они умерли? – с опаской спрашивает девочка, убрав руки за спину.

— Нет, – отрицательно качаю головой. – Нет, они живы, просто… мы перестали общаться.

— Это грустно, – признается девочка и опускает свои шоколадные глаза в пол.

— Послушай. – Кладу руку на ее плечо, и девочка вновь поднимает на меня свои глаза. – Совсем неплохо быть не такой, как все. Да, различия могут пугать всех, проявлять в других негативные эмоции, но… Они просто не знают, каково быть не такой, как все. Иметь магию менее сильную, чем у других. Иметь другой цвет глаз или кожи. Любить не те цветы и фрукты, что все остальные. Это не плохо, понимаешь?

Девочка слушает меня, но ничего не отвечает.

— Иногда, в самых гадких и на первый взгляд неприметных магах сразу не разглядываешь тех, кто потом становится кем-то важным для своего общества.

— Магия лавы запрещена в этом мире, – с досадой в голосе говорит она.

— Но ты не одна такая, кто владеет этой магией, ведь так?

— Угу, – мычит девочка в ответ и с опаской тянет руки к мячу. – Но друзей у меня, даже таких, как я, нет…

— Друзья не всегда остаются с тобой. Ты знаешь, кто такие предатели?