Книга Царь Скорбь, страница 31 – Джо Хилл

— Ты документы для поступления в колледж готовишь? – однажды спросил Артур, пока они расправлялись с несложным кроссвордом из «Ю-Эс-Эй тудей» (он первым вписал в клетки ответ на «сетку с отталкивающими манерами» – БАТУТ, а Гвен на «шлепанцы аквалангиста» – ЛАСТЫ).

— Я в Кеннебек поступать буду, – пожав плечами, сообщила Гвен.

— В Кеннебеке есть колледж? – удивился Артур, заранее зная, что приличным тамошний колледж оказаться не может никак.

— Двухгодичный, муниципальный, – подтвердила его подозрения Гвен. – Зато там есть курсы фельдшеров «Скорой помощи». Вот в фельдшеры я и пойду. Этим и хочу заниматься. По-моему, рука у меня для таких вещей – для работы на «Скорой» – достаточно твердая, да и нравится мне помогать людям, когда им страшнее всего. Увозить от страхов туда, где с ними уж точно все будет o’кей. Саму меня напугать нелегко, крови я не боюсь – семья наша вообще, так сказать, не из нежных. Вдобавок я в пробках торчать жуть как не люблю, а на «Скорой» езжай себе хоть по встречке, хоть на красный – слова никто не скажет.

Стоило им вшестером угнездиться на подушках перед экраном телевизора с «Неразгаданными тайнами», Артур, собравшись с духом, спросил, не хочется ли ей подать документы в Рэкхем. Вместо ответа Гвен, сдвинув брови, принялась обшаривать карманы мешковатых джинсов.

— Погоди минутку, – пробормотала она, сосредоточенно морща лоб.

— Да что ты ищешь-то? – полюбопытствовал Артур.

— Четверть мильёна долларов, – ответила Гвен, выворачивая пустые карманы. – Угу… нету. Как я и думала. У тебя, наверное, тоже лишней пары сотен тыщ нет?

Действительно, лишних двух сотен тысяч у Артура не имелось. Имелся у него только оставленный отцом доверительный фонд, предназначенный для оплаты образования. Львиную долю этого фонда составляли выплаты по договору о страховании жизни, полученные после смерти отца, погибшего в возрасте тридцати девяти. Лучшим, что Оливер Оукс когда-либо сделал для Артура, стал отказ отправиться в пункт неотложной помощи, после того как он, случайно упав, ударился головой о каменный поребрик. Умер отец от эпидуральной гематомы спустя шесть часов во сне. Отчислений из фонда и неполной стипендии должно было хватить на Рэкхем, а потом и на оксфордский колледж Магдалины. Не то чтоб неисчерпаемое богатство… но и это, увы, превосходило состояние Гвен Плебс во много раз.

— Так ведь твой отец, кажется, работает в Рэкхеме.

Об этом Артур узнал от Колина парой дней раньше.

— В хозяйственном управлении. Он не из профессуры. Из обслуги. А это не одно и то же.

Как «не одно»? Эта мысль здорово зацепила Артура за живое, пробудив в сердце странные, не слишком определенные угрызения совести. Охваченные неловкостью, все они, вся компания, пристально уставились на телеэкран, изо всех сил стараясь не встречаться с Гвен взглядами.

— Вы чего? Поглядите, полюбуйтесь на себя, – продолжила Гвен. – Можно подумать, я вам призналась, что мечта всей моей жизни – жить в трейлере, растить девятерых, а то и десятерых детей, порой подрабатывая в стрип-клубе. У меня тоже кой-какие возможности есть.

— Например, стать фельдшером «Скорой помощи», – подсказал Артур. – Довозить пострадавших живыми до больницы… да, понимаю.

— Или пойти в Уголовную юстицию, – добавила Гвен. – Адвокатом, мне, конечно, в жизни не стать, но помощницей адвоката – возможно. Помогать тем, кто на мели, получить адвокатскую помощь. Работать для тех, кого система всегда списывает со счетов. Или инспектором по УДО… тоже неплохо.