Книга Царь Скорбь, страница 294 – Джо Хилл

Вокруг все ждали полуночи, но ведь с полуночью вот в чем штука: кому как, а Донне полночь всю жизнь казалась чем-то вроде «счастливого часа»^[209]. «Счастливого часа», шагающего вокруг света, наступающего не там, так сям.

И вот в восемь сорок семь вечера правая ладонь Донны Макбрайд нащупала татуировку, свернувшегося кольцами змея, украшавшего ее грудь. В тот же миг Донна почувствовала, как змей обвивает ребра, словно холодный кожаный пояс, а стоило ей дотронуться двумя пальцами до его головы в форме туза пик, пояс затянулся натуго, выжимая из легких воздух. Казалось, змей под кожей ползет, извивается, меняет позу. От неожиданности Донна моргнула, и глаза ее на мгновение затянулись пленкой, мигательной мембраной рептилии, отчего все вокруг сделалось мутным, призрачным, словно сгустки тумана пополам с копотью. Однако, как только Донна моргнула снова, в глазах прояснилось, вот только похолодевшие руки окоченели так, что она перестала их чувствовать.

Взглянув в зеркало над раковиной, она увидела драконий глаз, наблюдающий за ней из-за душевой занавески.

— Спали эту поганую тюрьму, чтоб и следа не осталось, – велела Донна.

— Дорогая, – отозвался Царь Скорбь, – я ждал только твоего слова!

Глаз дракона, закрывшись, исчез.

Вскоре где-то неподалеку началась стрельба – и, конечно же, поднялся крик.

Треск первой из автоматных очередей застиг Донну за обыском карманов Валентина. Частый, сухой стальной лязг, напоминавший о той самой заводной игрушке в виде пары клацающих челюстей, прозвучал не слишком-то впечатляюще. Отыскав ключ от смирительных рукавичек, она расстегнула браслеты на запястьях и зашвырнула их под раковину. Голова кружилась от усталости пополам с чрезмерной настороженностью, любой пустяк заставлял дергаться, будто перебрав кофе, – ощущение, памятное по ночным бдениям над учебниками в колледже.

Собравшись с духом, Донна высунула голову за дверь уборной.

— Эй, Сэйлем! – крикнула она. – Ну, не скоты ли те, кто в гости является раньше времени?

Ответа из коридора не последовало. В отдалении закричали, крикам вторил новый стальной, механический стрекот пулеметной очереди… и вдруг где-то совсем рядом что-то грохнуло, да так, что вздрогнули стены.

Разумеется, Донне сразу же вспомнился утренний грохот – тот самый, завершивший падение ее брата в лестничную шахту пятиэтажной высоты. Однако сейчас звук не слишком-то походил на удар тела о бетон: скорее, так рухнул бы с большой высоты грузовик. Стекло панорамного окна задребезжало о раму. В нетерпеливом ожидании Донна замерла, затаила дух. Вновь грохот – бум! – и здание снова вздрогнуло, и эта дрожь отдалась во всем теле, вплоть до зубов.

Крик Царя Скорби донесся откуда-то издали, но словно бы прокатился прерывистой, мощной волной звука сквозь все здание.

Мгновением позже крику дракона вторил свист реактивной гранаты, еще один, еще, а после – быстрая, дробная череда взрывов.

«Похоже, из гранатометов палят», – подумалось Донне.

Люминесцентные лампы заморгали, вспыхнули и снова угасли – на этот раз навсегда.

Пошарив по кафельным плиткам, Донна нащупала пистолет. Несколькими этажами выше прерывисто заскрежетало, захрустело что-то железное: казалось, торнадо, подхватив один из ангаров, кружит, рвет постройку на части.