Книга Старик, страница 6 – Алекс Лоренц

— Выходит, не явилась сегодня в школу.

— И что тут такого? – удивился я.

Тоже мне трагедия. Меньше народу – больше кислороду.

— Отец высадил ее из машины, как всегда, у перекрестка, – пустилась рассказывать Ира. – В обычное время. А она не пришла. И на втором уроке ее тоже нет.

— Ну и что? – по-доброму усмехнулся я, пытаясь подбодрить женщину. – Небось в библиотеке прячется. Или в медпункте. Или по дачам шастает.

В темном дверном проеме в противоположном конце помещения появился Другой. Он постучал кончиком пальца по виску и с укором посмотрел на меня, как бы говоря: «Ты сам-то себе хоть чуть-чуть представляешь, что скромная и незаметная девятиклассница в промозглую погоду может делать одна в полузаброшенном, безлюдном дачном поселке?»

— Нет, не представляю, – ответил я вслух, глядя на Другого.

— Что вы сказали? – переспросила Ира и рефлекторно повернула голову в ту сторону, куда я смотрел. Пока она ее поворачивала, Другой отступил в тень.

«Фух! Не заметила!»

— Отец говорит, такого просто не могло быть, – продолжила Ирина.

— Он себя явно накручивает, – перебил ее я. – Ты ведь лучше меня знаешь, что такое переходный возраст. Сама, поди, хорошо себя помнишь в юные годы. Тоже ведь что-нибудь подобное наверняка откалывала.

— Анатолий Васильевич, – она замотала головой, – вы меня не понимаете.

— Ну так выкладывай! – Этот пустой, как тогда казалось, разговор меня порядком утомил.

— Она, пока выходила из машины, выронила в салоне ключи от дома. Отец заметил только потом, когда приехал на работу. Он выкроил время, чтобы вернуться и привезти ключи, иначе после уроков Лена не попала бы домой. Только дочки в школе нет, никто ее не видел, телефон выключен. Отец говорит, он лично проверяет, чтобы мобильник был заряжен и работал. Божится, что дочь никогда бы не прогуляла уроки и не выключила бы телефон. Администрация на уши встала.

— А мать у нее есть? – спросил я.

— Нет.

— А где она?

— Не знаю.

— Они не говорили, что ли? – удивился я. Когда мне самому в лохматые годы давали на руководство новый класс, я еще летом выковыривал всю подноготную, все будущие ходы записывал в блокнот. Это важно, чтобы не задеть ненароком какую-нибудь больную струну и не разжечь конфликт. Дети – существа злобные. Никакого чувства такта, если его не прививать. Для травли достаточно любого мелкого повода.

— Какое это имеет значение? – спросила Ирина.

— Ты ведь должна знать, что творится у ученика в семье. Это ДОЛГ классного руководителя! – Я сам удивился тому пафосу, с которым это произнес. – Если она недавно потеряла мать, то у тебя есть повод для пристального внимания.

Молодая коллега потупила взгляд.

— Ладно, еще научишься всему. – Я добродушно похлопал ее по руке. – Знаю, начальство у нас никому не помогает, а только палки в колеса ставит, но…

— Я просто посчитала… – начала она и запнулась.

— Что посчитала?

— Думала, это бестактно – спрашивать.

— Нисколько. Ты их всех должна знать как облупленных. Специфика работы у нас такая.

Из коридора донесся торопливый стук нескольких пар каблуков. Ира повернула голову и застыла, остановив испуганный взгляд на темной пустоте проема.

В учительскую табуном вломились директор, Птеродактиль и здоровенный мужик с насупленной гримасой. Гора мускулов. Возраст – лет тридцать пять. Коротко стриженные русые волосы. Выпирающие скулы. Двигается грациозно, как пантера. Эдакий самец-добытчик.