Книга Старик, страница 12 – Алекс Лоренц

— А жену? – с усмешечкой парировал он.

— Жена, допустим, достала нытьем, истериками и изменами.

— Может быть, дочка нашла какой-нибудь вещдок в его личных вещах?

— Ну да, ну да. Полиция при обыске не нашла, а дочка нашла. Не смеши мои седины.

— Они ведь переехали. Чего только не обнаружишь, перебирая вещи!

— А как насчет изнасилования? Почему ДНК не совпала?

— Мое мнение – коррупционная составляющая. Деньжата у мужика водятся. А у кого деньжата, у того и знакомства, сам понимаешь.

— Хм. Резонно.

— Конечно, резонно. Все сходится до мельчайших деталей.

— А любовник?

— А что любовник? Даже если предположить, что убийца он… стал бы он тихариться лишь для того, чтобы через несколько месяцев разыскать эту семью и сотворить с дочкой то же самое, что сделал с матерью? Несуразица какая-то.

— Неужели ты считаешь, что, будь это Дмитрий, не нашли бы его отпечатков?

— Для этого человечество изобрело перчатки. Именно для этого. – Он усмехнулся, картинно натянул на обе руки кожаные перчатки, поиграл пальцами и юркнул в приоткрытую дверь. Мне показалось, дверь даже не двинулась, он каким-то непостижимым образом протиснулся в узкую щелку.

— Ты куда? – забеспокоился я. Выдержал паузу в несколько мгновений.

Ни звука.

Я поднялся со стула, прошаркал тапками до двери, открыл ее, выглянул в темноту длинного коридора. Подслеповатыми глазами вгляделся в черный дверной проем зала, где спала Маргарита.

Храпа слышно не было.

Неужели?..

Я вышел из кабинета, сделал пару шагов в сторону зала.

— Толик!

Меня встряхнуло от испуга.

— Это ты там колобродишь?

Я выдохнул с облегчением.

— Ну а кто еще. Или ты любовника ждешь?

— Дошутишься у меня, козел старый. Спать иди.

Следующим утром детей в школу явилось заметно меньше обычного: многие родители побоялись отправлять своих чад на занятия. Разговаривали в коридорах тихо, вполголоса. Никто не гоготал, не бесился. В фойе на высокой деревянной тумбе стоял большой портрет Лены Злобиной, перевязанный черной лентой.

Заместители директора бродили понурые, пришибленные. Оно и не удивительно. На кресло руководителя всегда претендует с десяток держиморд, чьи интересы лоббируют по родственным или иным связям высокопоставленные чиновники. Снять с должности – дело плевое. Было бы желание – скандальный повод всегда найдется. А когда новый директор заступает на должность, он делает перестановки в руководящей команде. Так что заместителям тоже есть о чем побеспокоиться да покумекать на досуге.

В учительской висело объявление: перед началом уроков, мол, состоится экстренная планерка. До нее оставалось пять минут, поэтому я поспешил – насколько силы позволяли – в зал совещаний. Большинство учителей уже заняли свои места. Тетки кутались в шали, словно мерзнущие птицы в крылья, и напряженно перешептывались. Я устроился на своем привычном сиденье в одном из задних рядов.

Начальство явилось в полном составе вместе с каким-то крупным областным полицейским чином. В мундире, при погонах. Черты его лица показались мне знакомыми. Я долго приглядывался. Когда он переговаривался с директором, у меня создалось впечатление, будто голос его я тоже где-то слышал. Впрочем, я не придал этому значения. Раз уж он чиновник крупного калибра, то наверняка мелькает в местных телевизионных новостях.